Здесь певец показал виртуозную игру домбры. Загорелые пальцы порхали над струнами музыкального инструмента, точно бражник над флоксом.
— Как играет, шельма, — вздохнула рядом Камилла.
Последний куплет кочевник пел с особым пылом:
Толпа наградила певца аплодисментами. Следующим на помост выкатился потешник. Одетый в яркий широкий кафтан он веселил толпу. Потешник улыбался во весь свой крашеный рот и показывал чудеса ловкости рук, доставая из своих лоскутных штанов вещи зрителей и раздавая их изумленным владельцам. Дети вскакивали с ногами на лавки, чтобы лучше видеть, и хохотали. Тиса заметила, как Рич тщетно вытягивал шею, не пытаясь забраться на лавку. Внук Прохора Фомича крикнул: «Давай, Рич, к нам!». Но тот лишь отмахнулся.
Объявилась Ганна в компании семьи Кошкиных. Шепнув Агапу пару слов, Тиса отдала лекарю корзинку с выигрышем. Она еще не готова делиться с Зоей своей задумкой.
— Со Жнухом плодородным!
— С праздничком!
Знакомые обнялись. Настасья Ефимовна с мужем заговорили с лекарем и Камиллой.
— Боже, какое шикарное платье! — Зоя обняла подругу.
Вертлявая Марика обхватила Тису под локоть.
— Ух ты! Ты такая красивая, Тиса! Просто обалдеть!
— Спасибо, девочки! — улыбнулась Тиса. — Вы тоже.
— Зойка, глянь, прическа какая!
— А мы вас высматривали, высматривали. Я даже Руслана отправляла вас искать, — сказала Зоя. — Как только Ганна нас нашла? Толпа в этом году просто жуть.
— Так Руслан еще ищет нас что ли? — оглянулась Тиса.
— Да нет, отпросился у меня сабельный бой смотреть. Говорит, Витер опять победителем выйдет, — Зоя прикрыла ладонью рот. — Прости Тиса!
Подруги взглянули на Тису жалостливо:
— Очень жаль, что он таким подлецом оказался.
— Бог с ним, — сказала Войнова. — Я почти о нем не вспоминаю.
— И правильно, — кивнула с одобрением Ганна.
— А где Трихон? — спросила Марика, поглядывая по сторонам. — Он разве не с тобой?
— Он был здесь, — ответила Тиса.
— Ой, я ему рисунок наколки принесла для коллекции! Всю неделю перерисовывала с плеча нашего конюха. Смотри, как думаешь, ему понравится?
Марика развернула листок с карандашным рисунком: драконья голова в огненном круге. Линии неровные, но видно было, что художница очень старалась.
— Конечно, понравится, — сказала Тиса, переведя взгляд на склоненное розовое личико. Прелестные светлые кудряшки касались нежной тонкой шеи девушки. — Рисунок просто замечательный.
— И я так думаю! — воскликнула Марика. — Ну, где же он? — девушка надула губку. — Ты не знаешь, куда он пошел?
Тиса покачала головой, чувствуя, как растет досада в душе.
Появился Рич, и затряс лекаря за руку:
— Дед Агап, там гадалка, — мальчишка показал пальцем в сторону. — Давайте, сходим, а?
— Гадалка? — хмыкнул старик в бороду. — Это дружок, вон Тису зови, может она с тобой сходит. У вас молодых вся жизнь, чай, впереди. А мне чего уж гадать? Жизнь и так уже как на ладони вся.
Рич, переключился на Тису. Пришлось уступить.
— Я с вами! — сказала Марика. — Зоя, ты пойдешь?
— Боже упаси, — отмахнулась Зоя. — Я не полезу в их грязную кибитку.
И все же Тиса заметила плохо спрятанный страх в глазах подруги. Она просто боялась узнать правду. Ганна тоже отказалась. И правильно сделали. Зачем она только согласилась, подумала Тиса.
Очередь к гадалке оказалась довольно длинной, но двигалась быстро. Люди залазили за полог кибитки и через минуту уже покидали ее. Что там можно предсказать за это время, — неизвестно.
— Следующий! — проскрипел голос.
Марика и Тиса подсадили Рича на повозку, потом и сами залезли в нее. Тиса задернула дерюжный полог и с интересом уставилась на тучную пожилую женщину, возлежащую на чиванском ковре. На голове гадалки красовалась валеная шапка, в форме перевернутого ведерка, и расшитая стеклянным бисером. Множество косичек спадало с вершины шапки водопадом на широкие бронзовые плечи и мятое, словно чернослив, лицо. Морщинистые губы раскрылись, узкие глазки кольнули вошедших:
— Два рупий каждый, — с чиванским акцентом проскрипела женщина.
Марика беспрекословно выложила деньги и, раскрыв рот, разглядывала гадалку.
— Так дорого? — покачала головой Тиса.
— Два рупий, — повторила гадалка.
Войнова кинула монеты на платок, — за себя и Рича.
Слегка трясущимися руками гадалка сгребла деньги и положила к себе в карман:
— Кто первый решать?
— Давайте, я, — сказала Марика. Рич и Тиса согласились.
Гадалка взглянула на молодую девушку и протянула ей горсть камней. Обычных сереньких, таких, сколько хочешь, на увежьей дороге лопатой греби.
— На, бросай камень, — проскрипела гадалка.
— В вас? — удивленно спросила Марика.
