Створки шлюза распахнулись, и мощный поток воздуха неудержимо потащил всех в открытый космос. Стим не успел даже испугаться, а уже барахтался в полной невесомости. Наблюдая, как следом за ним вылетают сучащие лапами рахни, только сейчас сообразил, отчего капитан медлил – он ждал момента, чтобы захватить с собой нескольких врагов, которых ненавидел больше всех на свете. Нэш и Квора включив миниатюрные реактивные двигатели, подлетели к соларианцу, остановив его вращение. Зажав с двух сторон, полетели втроем по направлению к станции. Рахни в своих органических скафандрах еще какое-то время трепыхались, но потом застыли ледяными статуями и больше не двигались – они были мертвы.
Когда до поверхности станции осталось меньше сотни метров, позади, полыхнула ослепительная вспышка света. Взрыв «Левиафана» превзошел все ожидания. В вакууме, где нет воздуха, ударная волна не распространялась. Зато облако раскаленных газов и осколков смогли качественно повредить состыкованный с ним корабль Р’льех. Изуродованный космолет галактов, потеряв части внешней брони и укрепленного на корпусе оборудования, лишился герметичности. Его экипаж привык жить в водной среде, которая была воссоздана и на борту. Когда вода в некоторых отсеках замерзла, члены экипажа просто вмерзли в лед, как мухи в янтарь.
Стим успокоился, только когда ухватился за край выемки, и пролез следом за Кворой и Нэшем в некое подобие длинной вертикальной трубы. Вся станция снаружи была сделана из материала, похожего на черную губку. Со стороны она не имела никаких полостей, но вблизи была буквально усеяна ими. Об их истинном назначении оставалось только гадать.
– Точно такая же пористая структура у кораблей Рахни. Существует предположение, что это часть сложной системы, позволяющей практически мгновенно перемещаться в подпространстве. – Квора посветила фонарем на стену, где обнаружились тысячи мелких отверстий, куда не пролезет и мизинец. Эти технологии нам совершенно незнакомы и, скорее всего из одного и того же источника. Какова вероятность того, что рахни знакомы с технологией строителей станции?
– Почему-то меня это не удивляет. – Нэш, с тревогой покосился на датчик уровня кислорода. – Если мы не найдем вход внутрь, и там при этом не окажется атмосферы, нас ждет крайне мучительная гибель от гипоксии. Поэтому предлагаю не тратить воздух на разговоры, а сосредоточится на поисках. Включите спасательные маяки на рукавах. Может, хоть кто-то, кто спасся, услышит и придет на помощь. Ты видела куда делась «Аризона»?
Квора прислушиваясь к треску в радио эфире, лишь покачала головой:
– Нет. При появлении чужого звездолета Новак уклонился от боя и больше его никто не видел.
– Трус! Я знал, что ему нельзя верить. Типичное для него поведение. Его волнует только станция. Попробуй вызвать кого-нибудь по рации. Я не верю, что мы единственные выжившие.
– Гиблое дело – слишком велик уровень помех от радиации…
– Я могу попробовать привлечь к нам внимание, – робко предложил Стим.
– Каким интересно образом? – фыркнул Нэш. – Помашешь ручкой, и нас тут же подберут?
– Нет, капитан. Просто когда мы сюда летели, я увидел неподалеку разбитый челнок с «Левиафана». Может быть, на его борту найдется исправная радиостанция.
Нэш радостно переглянулся с Кворой. Девушка быстро кивнула головой.
– Молодец! Хвалю за внимательность, – похвалил Нэш. – Показывай свою находку.
Спасательный челнок оказался сильно поврежден. Внутри были только замерзшие трупы веганцев и… неожиданно удачная находка – большая спецемкость со сжатым воздухом. Периодически восстанавливая в костюме запас кислорода, люди приступили к тщательному осмотру приборов управления с целью ремонта. Все вокруг заледенело от холода. Кусочки льда и осколки стекла блестящими звездочками печально кружили повсюду.
– Отсутствует питание, – Квора разочарованно вздохнула. – Наверное, проводка повреждена.
– Попробуй найти причину и исправить, – нетерпеливо сказал Нэш. – Или мы покойники.
Стим провел рукой по покрытой ледяной коркой крышке пульта управления и внезапно предложил: – Капитан, не сочтите за хвастовство, но соларианские радиостанции по своему принципу работы намного сложнее ваших. Я починю это оборудование. Попробую.
– Хорошо, только поспеши. Я пока проверю двигатель этой калоши.
