После случая со львицами Тед стал отстраняться от «земных дел». Ему стали безразличны дела паба, отношения к его делам Высших сущностей. Судьба Джил и Кима беспокоила его в размышлениях о грядущем наказании. Не вызывало сомнения, что после неудовлетворительного результата Организация пришлёт с инспекцией Микоша. Ему придётся лебезить перед «почётным» гостем, заметать следы своей деятельности, чтобы не оставить и следа причастности Джил к его «проектам».
Ким развивался медленно, на его взгляд, но для человека, в мгновение ока потерявшего перспективы на собственное будущее, он шёл семимильными шагами. Диплом университета многое говорил о твёрдости характера Мальчика. Что ещё больше проявилось, когда внештатный сотрудник (ночной сторож) выкупил активы у руководства зоопарка и полностью сменил квалифицированный персонал (ветеринаров) на новый.
Ожидая оценки своим действиям со стороны Высших, Тед перестал примерять на себя удел смертного. Пытаясь скрыться от тёмных мыслей о неумолимом будущем, он уходил к муравьиной ферме. Именно так, на его взгляд, выглядели обитатели города, для сущностей, осознающих себя сотни, а может, и миллионы земных лет. Точкой опоры для его нового взгляда на жизнь стало существование Вардана. Старый дух был выше простого бармена, умелей Красавчика и чище Тадеуша. Растекаясь сознанием по городу, как туман, Тед следил за его жителями, пытался оценить судьбу поступков как реакцию среды. Не всякий камень вызывает возмущение, когда соприкасается с водной гладью. Так на взгляд простого человека, многим спускались с рук серьёзные провинности, но за маленькую шалость могли наказать чрезвычайно строго.
Тед чувствовал себя таким же муравьём, только оказавшимся за стенками фермы. Ему не хватало ни знаний, ни перспективы проекции сознания, ни опыта, чтобы предсказывать будущее, опираясь на деяния прошлого, через призму настоящего. Если муравей мог ориентироваться в пространстве при помощи запахов, разделяя мир двухмерной перспективой, то дар Теда был в возможности расширить границы мировоззрения до трёхмерности. Ощущая четвёртое измерение на интуитивном уровне, как зависший над его головой камень (который неизбежно упадёт), оставалось или покинуть зону поражения (что он не мог сделать), или перестать обращать внимание на щекочущий холодок под сводом черепа от чувства нависшей опасности.
Возвращаться к вопросу видения во времени, его заставляла Джил. Она, не обладающая собственной сферой, смогла разглядеть, то, что увидел Ночь через тёмную сферу Старой львицы. Старая львица грезила во времени. Она видела свою болезнь, слабость и «помощь» людей в белых халатах, но не могла ничего изменить. Испытав один раз опыт видения чужой судьбы сквозь время, Джил сосредоточила все усилия на продолжении такого опыта. Это был первый раз в их совместной с Тедом жизни, когда он не мог ей помочь. Она чувствовала, что он сам стремится развить ощущение четвёртого измерения, через проглядывание судеб жителей города. Во время их близости ей удавалось взглянуть на мир глазами любимого, хоть её и страшил такой подход к «бесценной» человеческой жизни. На взгляд девушки, Тед походил на странного садовника, следящего за чужим садом. Он знал, какое дерево, куст, растение больно, интуитивно понимал, как помочь, но чётко определить системность или причину заболевания растений не мог. Ему не хватало образования, знаний, что он компенсировал любовью и заинтересованностью делом. Странность заключалась в том, что Тед отдавал приоритет жизни «паразитов». Он беспокоился не о здоровье растений, а о жизни тли, гусениц, личинок. Джил самой нравились бабочки, но на гусениц её благосклонность не распространялась.
