Воду стоило бы поберечь, но сейчас Юкаю не было дела до проблем снабжения. Опустив полубессознательного наставника поперек постели, он торопливо принялся расстегивать застежки кожаного доспеха. Тонкий материал нижней рубашки под ним целиком промок от пота. Оглядевшись, Юкай сдернул со стола глубокий кувшин, слил туда всю воду, какую нашел в шатре, и выплеснул драгоценную жидкость на распростертую поперек постели фигуру. Струйки потекли на покрывало, смывая с кожи соль и до последней нитки пропитывая одежду.
Ши Мин открыл мутные глаза и слизнул капли с губ. Влажные пряди прилипли к вискам.
Лекарь у входа мялся, не решаясь войти. Без разрешения врываться в шатер – неуважение столь возмутительное, что и голову можно потерять. А не вмешаться означало пустить на самотек внезапную болезнь маршала и наставника младшего Дракона, что тоже на здоровье скажется наихудшим образом.
Несмотря на всю панику и тревогу, Юкай старался казаться очень спокойным и терпеливым. Кивнул лекарю, первым перехватил тонкое запястье, перевитое выпуклыми мышцами, высчитал пульс. Узел внутри немного растянулся, дав возможность нормально вдохнуть. Склонившись над постелью, Юкай поймал растерянный, ускользающий взгляд.
– Сейчас ты лежишь и отдыхаешь, – проговорил он негромко, стараясь быть одновременно убедительным и не вызвать раздражения. Всмотрелся в лицо в попытке увериться, что Ши Мин слышит и понимает его. – Никуда не идешь и даже не встаешь с постели. Не хочешь выслушивать мои советы – будешь подчиняться моим приказам.
Где-то глубоко внутри царапнуло горько и остро. Никогда он не подчеркивал свой статус, только не перед Ши Мином, но как еще убедить человека, которому упрямства за двоих боги выдали, Юкай не знал. Будь у него чуть больше времени, он придумал бы что-то более разумное, но не сегодня.
Лекарь с сосредоточенным лицом торопливо кивал, выслушивая указания. Конечно, он не выпустит Ши Мина из этого шатра, разве он враг самому себе? И не в титулах дело. Несмотря на то что Юкаю всего семнадцать, идти наперекор взбешенному наследнику династии рискнули бы немногие.
Отдав распоряжения, Юкай подвесил пустую флягу на пояс и шагнул к выходу.
– Стой.
Шепот был едва слышным. Ши Мин приподнял голову, болезненно щурясь. Глаза его потускнели.
– Подожди, – хрипло повторил он и закашлялся, – еще десять… десять минут, и я вернусь вместе с тобой.
Внутри со звоном лопнула до предела натянутая струна.
– Вернешься? – вкрадчиво проговорил Юкай. В два широких шага достигнув постели, он навис над наставником и оскалился. – А потом что? Упадешь где-нибудь, и тебя затопчут наши же ящеры? Свалишься в переулке, и я буду метаться по городу в поисках твоего трупа? Может, мне связать тебя и держать здесь до конца похода? Ты отвечаешь за меня, но кто ответит за тебя?
Стиснув зубы, Ши Мин закрыл глаза. На лице его ясно читалось несогласие, но сил пререкаться не оставалось.
– Эта победа не должна стоить дороже твоей жизни, – коротко бросил Юкай и выпрямился. – Если в последние дни похода с тобой что-нибудь случится, то армию охватит хаос.
Если бы словами можно было обездвижить, то наставник уже был бы примотан к постели десятками цепей, пусть и неправильным, невозможным казалось удерживать его.
– А ты справишься? – после недолгой паузы спросил Ши Мин. Глаза его стали яснее и влажно блеснули в полумраке шатра. Лекарь глиняной статуей замер в углу, стараясь не дышать.
– Откуда мне узнать, на что я способен, если ты не дашь мне шанса?
– Тогда иди, – Ши Мин уронил голову на тонкий матрас и зажмурился. – Промедление может вызвать новые осложнения.
Юкай вывалился из влажного полумрака. Слишком много сил ушло у него на борьбу с собственной паникой и желанием не то уговорить, не то связать неспокойного наставника. Полог упал, отрезая шатер с Ши Мином и лекарем от раскаленной равнины.
«Видимо, демонам было мало нижнего мира, – с раздражением думал Юкай, заново заматывая лицо шарфом. Влажные рукава высыхали, испуская легчайший пар. – Демонам не хватало места, они выбрались на поверхность и выжгли все, куда только дотянулись. Выжгли и выстроили свои каменные города, создав это подобие нижнего мира. А потом породили расу упрямых, нечестных и заносчивых пустынников, которых можно опасаться как противников, но совсем не хочется уважать…»
К стенам младший Дракон вернулся в нужной степени бешенства и тут же скомандовал заряжать баллисты. Первый залп заставил стену содрогнуться.
Тяжелая злость душила. Юкай закрыл глаза, медленно выдохнул, пытаясь справиться с волной, стиснул кулаки почти до боли и тут же расслабил, ощущая, как горят на ладони следы от ногтей. Нужно привести чувства в порядок, они только мешают и туманят голову.
Со стен полетели первые стрелы. Плоские, похожие на полумесяцы наконечники отражали солнце, падая под хриплые, едва слышные команды; они застревали в щитах, отскакивали от прочной чешуи. Следом посыпались камни.
Пустота за правым плечом ощущалась слишком заметно, как будто не человека там не было, а важной части тела.
