В тот раз они собрались на квартире Деда, который убыл в Лондон. В отличие от строгой Иларии Львовны Дед смотрел сквозь пальцы на юные бесчинства обожаемого Сереженьки. Алымов праздновал не только день рождения, но и развод. Разошлись они с юной женой месяцев через пять после свадьбы, но окончательно развелись только год спустя. «Да чтобы я еще когда-нибудь женился! Да ни за что! – возмущался Сергей, – Если только на Малявке, когда подрастет». Услышав это, Ася заливалась краской, а Илария Львовна укоряла: «Можно подумать, тебя насильно женили. И перестань дразнить девочку!» На вечеринку Ася опоздала, потому что сначала заехала к Иларии Львовне – всегда поздравляла ее с днем рождения сына. Савва открыл дверь, Ася звонко чмокнула его в щеку:
– Привет! А где Ёж?
– Да где-то здесь. Проходи. Найти его?
– Не надо, я сама!
Савва помог ей снять куртку, и взволнованная Ася с маленькой подарочной коробкой в руках, затейливо перевязанной золотой ленточкой с бантом, отправилась разыскивать именинника в толпе гостей. Савва горько вздохнул, процитировал сам себе Венечку Ерофееева: «И немедленно выпил!» – и тут же воплотил цитату в жизнь. Выпив, он вдруг вспомнил, что последний раз видел Алымова, когда тот входил в кабинет Деда – святое место для всех, кроме внука. И входил не один. О, черт! Савва кинулся к кабинету – и точно: Ася уже тянула руку к двери.
– Ася! Не ходи туда!
– Почему это? Я знаю, Ёж там.
– Ася, не надо!
Но она уже открыла дверь, шагнула вперед и окаменела. Савва бросился к ней, оттащил – Ася, бледная как мел, смотрела на него остановившимся взглядом. Ноги ее не держали, и Савва, не справившись, усадил девушку на пол.
– Сейчас, сейчас! Я тебе водички, да? Сейчас…
Он унесся на кухню, а когда вернулся со стаканом воды, из кабинета как раз показался Алымов, на ходу застегивая джинсы. Он увидел сначала Савву, потом Асю, которая так и сидела на полу, вытянув ноги, словно большая кукла.
– Малявка? Почему ты на полу? Ты упала? – встревоженно спросил Алымов и наклонился к ней, протягивая руки, чтобы поднять. Ася взглянула на него исподлобья и с ненавистью в голосе произнесла:
– У тебя помада на щеке. И на шее.
Алымов отшатнулся и машинально провел рукой по лицу. И в этот момент, как нарочно, открылась дверь кабинета, и показалась растрепанная девица – увидев, сколько народу толчется в коридоре, она быстро прошмыгнула в направлении ванной комнаты. Алымов посмотрел на девицу, на Савву, потом на Асю и страшно покраснел – как раз в цвет помады, отпечаток которой алел у него на шее.
– Вот черт! – пробормотал он и испарился.
Савва сунулся было к Асе с водой, но она покачала головой:
– Не надо. Помоги мне встать.
Они были почти одного роста, и, поднявшись, Ася уставилась прямо ему в глаза невидящим взглядом:
– Я для него – пустое место. Понимаешь? Просто пустое место.
– Асенька, это не так, – начал было Савва, но она не хотела слушать.
– Уведи меня отсюда, пожалуйста, уведи! Куда-нибудь, немедленно!
Савва нашел ее куртку и сумку, Ася направилась к выходу, потом вспомнила про подарок – посмотрела на коробочку, швырнула ее на пол и наступила ногой. Коробочка стеклянно хрустнула. Выйдя за дверь, она вдруг так побежала по лестнице вниз, что Савва не поспевал за нею и поймал в последний момент, когда Ася чуть не выскочила на проезжую часть – прямо под колеса завизжавшей тормозами машины.
– Идиотка! Смотри, куда прешь! – заорал водитель.
– Асенька, ну что ты! Успокойся, дорогая! Не надо…
– Куда-нибудь! – бормотала Ася сквозь слезы. – Пойдем куда-нибудь!
– Хочешь, я отвезу тебя домой?
– Нет! К тебе! Пойдем к тебе!
– Ко мне?! Ну, пойдем.
Хотя денег у Саввы было в обрез, он поймал такси – не везти же ее в таком состоянии на метро! Он жил вдвоем с сестрой, у которой, к счастью, как раз было дежурство. Ася бродила по комнате Саввы, рассеянно трогая то одну вещь, то другую, и так же рассеянно говорила, словно составляла опись увиденного:
– Шкаф. Книжек много. Картинка. Шкатулка. Это ты на фото. Смешной какой. Вазочка.
Она обошла всю комнату раза два и вернулась к Савве – он сидел на диване и с тоской наблюдал за ее нервными перемещениями. Ася присела рядом и посмотрела на Савву. Смотрела долго, разглядывала внимательно и серьезно, так что он даже покраснел.
– Ты милый, забавный. – Ася придвинулась ближе и погладила Савву по щеке. – Ты хороший. Я тебе нравлюсь, правда?
– Да.
– Хочешь меня?
– Ася! Ну, зачем ты так?
– Как?
– Ты же его любишь.
– Я для него – пустое место, – повторила Ася и придвинулась еще ближе, положив руку Савве на плечо, потом взъерошила ему волосы.
– Прекрати, пожалуйста. Я не железный.
– И хорошо, что не железный…
Ася обняла Савву и поцеловала – раз, другой, он ответил…
– Нет, это невозможно! – Савва с трудом оторвал Асю от себя. – Ты хочешь ему назло, да? Я так не могу.
– Ну вот… И тебе я не нужна…
Она заплакала навзрыд, и этого Савва уже совсем не мог выносить. Он целовал ее холодные руки, залитые слезами щеки, дрожащие губы, прижимал к себе хрупкое тело и думал: «Да пропади оно все пропадом!»
