— У меня была работа, но в прошлом году я ее бросил. Однажды я был на пляже в Кройде с компанией ребят. Все они жили в автофургонах на берегу моря, и я понял: жизнь слишком коротка, чтобы работать. Мне захотелось остаться там. Я продал машину, квартиру и взял пенсионные деньги.
— У тебя была пенсия?
Он вяло повернулся к Кэрри и провел пальцем по ее животу.
— Да.
Она задрожала, когда его палец остановился на ее пупке.
— Где же ты работал?
— В офисе, занимался там какой-то мурой. Сейчас уже и не вспомню. А ты?
Она тихо засмеялась.
— Ты же знаешь: я управляла делами на ферме своего бойфренда.
— А, ну да. Прости, я забыл. А вообще, какая разница, что было раньше? Мне интересно только то, что происходит сейчас.
Его рука подобралась к ее груди. Спайк обхватил ее сосок двумя пальцами и прошептал:
— Кажется, в тот раз я тебя не удовлетворил. Обещаю исправиться прямо сейчас.
Спайк перекатился на нее и поцеловал в губы. Его проворный влажный язык скользнул ей в рот. Кэрри обхватила ногами его спину и приподняла бедра. Ей хотелось заниматься сексом со Спайком везде — на пляже, в пещере, в лесу. Она курила наркотики и трахалась в грязном автофургоне. Ей нравилось думать, что Спайк никогда не был бухгалтером и не платил муниципальный налог на недвижимость, что он получает пособие по безработице и продает на улице «Соушелистуоркер». Он был именно таким парнем, каких на дух не выносил Хью, и это особенно заводило Кэрри.
Солнечные ванны, секс и серфинг. Что еще нужно девушке для счастья? Впрочем, серфинга могло быть и поменьше. Огромная волна закрутила Кэрри, словно носок в барабане стиральной машины. Нет, на этот раз ей уже не вынырнуть. Сейчас она утонет. Пройдет несколько недель, и ее тело — все в синяках, местами обкусанное рыбами — вытянут из моря… Интересно, придет ли Хью на похороны?
Сильная рука схватила ее за запястье и вытащила на поверхность воды. Кэрри закашлялась, жадно хватая ртом воздух.
— Если хочешь, можешь опустить ноги. Здесь не очень глубоко, — крикнул Спайк.
— Я, н-наверное, отд-дохну.
Он засмеялся и поплыл дальше.
— Сегодня классные волны. Я остаюсь. Подожди меня.
Кэрри вышла на берег, таща за собой доску и отплевываясь. Глаза щипало, тело ломило. Кэрри училась серфингу неделю (подумать только: провести целую неделю жизни, катаясь на волнах!) и уже достигла удивительных результатов — могла продержаться на доске около пяти секунд. Спайк сказал, что у нее здорово получается, но Кэрри пришла к выводу, что серфинг — далеко не такой фантастически-захватывающий вид спорта, как его расхваливают.
Секс со Спайком тоже оставлял желать лучшего, но она не слишком переживала. Они занимались этим в фургоне, на пляже, в пещере, причем последние два места, несмотря на кажущийся романтизм, мало впечатлили Кэрри. Когда морские водоросли прилипают к заднице, а песок лезет во все поры, про романтику как-то забываешь. Все происходило грубо, второпях — совсем не так, как было у нее с Хью, и Кэрри временами казалось, будто весь ее мир летит вверх тормашками. Будто она всю жизнь только и делала, что трахалась и валялась на песке. С Хью ее волновали закладные и арендная плата, удои молока и субсидии. Со Спайком Кэрри думала совсем о другом: как бы не утонуть и хватит ли им презервативов.
Прикрыв ладонью глаза, она смотрела, как Лола ловит волну и скользит по ней на доске, точно сроднившись с морской пеной. Она больше не видела Мэтта в компании Лолы и понятия не имела, переспали ли они в ту первую ночь. Впрочем, это не ее дело. Кэрри расстегнула молнию и стянула с себя костюм для подводного плавания. Она замерзла и мечтала о горячем душе. Спайк вышел из моря, таща за собой доску, и Кэрри быстро собрала вещи.
— Что, уже наплавалась? — спросил он с усмешкой.
— Хотела еще немножко похлебать воды из Атлантического океана, но потом решила оставить ее вам.
Спайк засмеялся.
— Еще пара месяцев, и ты освоишься.
Пара месяцев? Кэрри пристально посмотрела ему в лицо. Это что, шутка?
— Приходи на пляж вечером. У нас будет особенная вечеринка: сегодня день рождения Лолы.
— Правда? Надо ей что-нибудь купить.
Он подмигнул.
— Не надо. У меня уже есть для нее подарок, от всех нас.
Было уже поздно. От костра в темнеющее небо летели белые, оранжевые и алые искры. Кэрри и Спайк сидели в обнимку и по очереди курили сигарету с марихуаной. Ребята отмечал и день рождения Лолы, хоть сама виновница торжества так и не появилась.
Баз играл на гитаре, и в голове у Кэрри царил приятный наркотический дурман. Баз — великолепный певец. Просто фантастический. Ему надо пойти на телешоу «Х-Фактор». Может, позвонить Саймону Кауэллу[6] и рассказать ему про База?
— Тебе надо выступать на телевидении, — сказала она Базу, когда он допел песню, но, похоже, ее никто не услышал.
«Ничего себе, — подумала Кэрри. — Я, наверное, стала невидимой. Прикольно! Можно спрятаться в мужской раздевалке фитнес-клуба…» Ее разобрал смех. Она хохотала так долго, что заболели бока. В конце концов, она принялась кататься по песку.
— Как ты себя чувствуешь, Кэролайн? — спросил чей-то голос.
