В этом месте время тянется как смола. В детстве мы с братом тайком пробирались в соседский сад к вишнёвым деревьям. Но не за сладкими ягодами, мы искали на стволах вязкие янтарные капли. Иногда везло, и попадались крупные, почти красные, размером с небольшую сливу, со вкусом терпкой карамели.
Ассоциация вытаскивает наружу первое полноценное воспоминание, а оно по цепочке тянет за собой остальные. Времени на это уходит не мало. Я заново проживаю собственную жизнь.
Последнее что вспоминаю, как на меня бросается тёмная тварь, а дальше я оказываюсь здесь – за гранью. В месте, куда душа уходит после смерти и растворяется в вечности.
Вот только это никак не вяжется с моим планами на будущее. Мне и в мире, где меня ждёт любимая женщина и семья, очень даже отлично живётся.
«Я должен вернуться к ним!»
***
Делаю жадный глоток воздуха и просыпаюсь, с трудом размыкая веки. Смаргиваю проступившие от яркого света слёзы, даю время глазам привыкнуть, прежде чем вновь открыть. Серебристый балдахин надо мной, в который упирается взгляд, подсказывает, что я в чьей-то спальне.
Ватное тело слушается плохо. Кончики пальцев покалывает мерзкими иголками, когда пытаюсь пошевелить рукой. Морщусь от неприятных ощущений. Похоже, я слишком долго пролежал в одной позе.
На груди зашевелилось что-то тяжёлое, мешающее дышать. Приподнять голову и разглядеть не выходит, лишь немного скосить глаза. Две белоснежные змеиные морды, сверкая красными бусинками глаз, синхронно приподнимаются и приближаются к моему лицу.
Рефлексы не отлежишь. Хватаю змею, понимая, что она всего одна, а вторая – обман зрения, и швыряю в стену. Сразу формирую боевое заклинание, рывком вскакивая на кровати.
Тело змеи окутывает белый густой туман, а когда он рассеивается, на полу уже сидит Белинда.
– З-с-са ш-што? – шипит страж, потирая затылок, с обидой косясь на заклинание в моей руке.
– Прости! – гашу магию, сжимая кулак. – Я не знал, что это ты.
Делаю попытку встать, чтобы помочь девушке, но тело ещё плохо слушается, и я неуклюже заваливаюсь обратно на кровать.
– Лежи уже, – вздыхает она, поднимаясь самостоятельно. – Свалился же на мою голову. Проблем от тебя, некромант, больше чем пользы. Я уже начинаю жалеть, что вернула тебя с того света.
– Что ты сказала?
– Начинаю жалеть, что вернула тебя с того света, – послушно повторила девушка.
– Я что? Умер? – цепляюсь за фразу.
Белинда приблизилась и неожиданно ущипнула меня за щёку.
– Ай! Ты что творишь?
– Больно?
– Неприятно.
– Значит, ты жив, – делает логичный вывод. – Как некромант ты должен знать, что мертвецы боли не чувствуют.
– Кажется, у меня сейчас голова заболит, – сжал занывшие виски руками и помассировал. – Сформулирую вопрос по-другому. Я умирал?
– Да, – кивнула хранительница. – Ненадолго. Оказывается, вы – некроманты – живучие ребята. Только желание на тебя зря потратила, – обронила странную фразу. – Не сказать, что я сильно жалею, просто немного обидно: ты сам себя из-за грани мог вытащить. Всё-таки якорь на этом свете имеется. Просто молодой ещё и не обученный, но какие твои годы.
– Вообще-то я Академию закончил с отличием.
– Да чему вас в ваших Академиях сейчас учат? – небрежно отмахнулась Белинда. – Как тёмных тварей бить, да прорывы закрывать? Отсталые миры, – фыркнула пренебрежительно.
– Сказала та, чей мир и вовсе погиб, – скрестил руки на груди, замечая, как осеклась, собиравшаяся возразить девушка. – Погоди-ка! В Седьмом мире ещё живёт кто-то помимо тебя и тёмных тварей?
– Ты, – ответила хранительница слишком поспешно.
– А ещё? – продолжал допытываться я.
Не отвечая, Белинда отвернулась и направилась к столу, накрытому на двоих. Готов поклясться, минутой ранее он был пуст.
– Лучше бы я его всё-таки закопала, – донёсся до моего слуха тихий вздох, пока хранительница наливала что-то ароматное, похожее на суп в глубокую тарелку. – Подумаешь, ямку два на полтора метра вырыть в мёрзлой земле. Ну, повозилась бы подольше… Нет же, пожалела. В хранилище ради него сунулась…
– Ты была в хранилище?
Только сейчас я заметил, что золотистая змейка обвивает теперь не моё предплечье, а руку хранительницы.
– Была, – кивнула она и указала на одно из двух кресел у стола: – Садись. Тебе нужно поесть, чтобы набраться сил.
Отказываться не стал, потому что и правда чувствовал сильный голод, а еда на столе выглядела вполне привычно и аппетитно. Интересно, откуда она здесь взялась?
Медленно добрёл до кресла. Белинда подвинула ко мне тарелку и подала приборы, после чего сама расположилась напротив.
– Проводишь меня в хранилище? – спросил, поднося ложку ко рту.
Хранительница со вздохом закатила алые глаза.
– Леонид, ты десять месяцев провёл без сознания, а как очнулся, десяти минут не прошло – уже в хранилище собрался бежать. Нет. Сначала наберись сил.
Суп встал у меня поперёк горла, и я закашлялся.
– Сколько я был без сознания?!
– А чему ты удивляешься? Тварь проткнула тебя жалом насквозь. После такого ранения не выживают, и уж тем более не возвращаются с того света. Но ты смог.
