Неважно, что речь идет о Дориане Арико, разыскиваемом беглеце, человеке, которого меня послали убить. Мы идем молча, но время от времени Дориан все же восклицает о ярких цветах, вращающихся дверных проемах и других всевозможных вещах, которые я не вижу. Каждый раз, когда он пытается уйти, я сжимаю его руку и прошу остаться со мной.
Мы находимся всего в нескольких кварталах от церкви, когда действие одурманивающих веществ достигает нового уровня. Дориан останавливается, поворачивает меня лицом к себе и кружит по кругу, как на танцполе. Точно так же, как и тогда, он заканчивает вращение, притягивая меня к себе. Когда моя грудь сталкивается с его, у меня перехватывает дыхание. Не зная, куда деть руки, я кладу их ему на плечи, в то время как его покоятся у меня на спине.
– Мне понравилось танцевать с тобой, – шепчет Дориан.
Я наклоняю голову, чтобы посмотреть ему в глаза, и обнаруживаю стеклянный взгляд и появившиеся в уголках морщинки.
Дориан все еще очень не похож на его обычную серьезную версию.
Когда я ничего не отвечаю, он добавляет:
– А тебе понравилось?
– Понравилось. – Я шокирована, потому что понимаю, что мой ответ – правда. Должно быть, «Звездное сияние» все еще действует на мой язык.
– Мы должны как-нибудь повторить. – Дориан пристально смотрит на меня, и, кажется, я вижу желание, плавающее в его глазах. Конечно, не настоящее, а всего лишь продукт галлюцинации. На данный момент он, вероятно, даже не понимает, кто я такая.
Что подтверждает, что это идеальный момент для поцелуя.
Улыбка Дориана исчезает, и выражение его лица становится мрачным, таким же, как когда он смотрел на звезды.
– Я уже очень давно не позволял себе веселиться.
Я хмурюсь, не совсем уверенная, что сказать в ответ. Наконец решаюсь заговорить:
– Почему?
С отстраненным взглядом он качает головой.
– Я не заслуживаю веселья. Тем не менее каждую ночь сбегаю куда-нибудь, ставя под угрозу шанс все исправить. Не для меня. Для меня уже ничего нельзя исправить. Д
Я хмурюсь. Меня удивляет серьезное выражение лица Дориана. Обычно эффект грушевой медовухи и «Звездного сияния» проявляется не так. Я ловлю себя на мысли, что отчаянно пытаюсь понять, что он говорит.
– О чем ты?
Дориан слабо улыбается.
– О моих сестрах. Я все, что у них осталось с тех пор, как она…
Я задерживаю дыхание, ожидая, когда Дориан закончит предложение, но он этого не делает. Вопрос слетает с моего языка прежде, чем я успеваю себя остановить:
– Кто она?
Он встречается со мной взглядом.
– Мама. Она умерла несколько месяцев назад. – Не говоря больше ни слова, он отворачивается и продолжает идти.
Когда мы добираемся до церкви, Дориан едва стоит на ногах. Я провожу нас к двери, закрывая ее так тихо, как только могу.
– Тебе нужно вернуться в свою комнату, – шепчу я.
Он кивает, но это движение, похоже, лишает его равновесия. Вздрогнув, Дориан кренится в сторону. Чтобы удержать его, я упираюсь руками в его ребра.
– Почему комната вращается? – спрашивает он голосом, слишком громким для мертвой тишины, царящей в коридоре.
– Говори тише, – приказываю я яростным шепотом. – Если только братство не считает приемлемым тот факт, что ты возвращаешься домой пьяным. Если это так, мне больше нет смысла тебе помогать.
Кажется, это немного отрезвляет Дориана. В его глазах вспыхивает паника.
– Нет, не позволяй им найти меня.
– Тогда молча возвращайся в свою комнату.
– Хорошо, – соглашается он и делает неуверенный шаг. В очередной раз я пытаюсь поймать его, прежде чем он врежется в стену.
– Что происходит? Мой разум ясен, но мое тело… такого раньше не случалось.
Я ставлю под сомнение ясность его разума. Если в скором времени Дориан не заснет, его начнут мучить иллюзии бесчисленных кошмаров.
– Хорошо, я помогу тебе. Но ты должен показать мне дорогу.
– Мне не нужна помощь. Я член ордена силы. – Он заканчивает свою браваду смешком и позволяет мне обнять его одной рукой за талию, а другую положить на грудь. Я игнорирую тот факт, насколько интимным было бы такое прикосновение в любой другой ситуации.
Мы продвигаемся медленно, поскольку он делает тяжелые, шаркающие шаги, направляя нас в сад и через дверь, из которой, я видела, он вышел всего несколько часов назад. С другой стороны находится коридор, который я никогда раньше не видела. Там темно, тускло и много дверей.
– Спальни посвященных, – шепчет Дориан.
Мы проходим мимо дверей и направляемся в конец коридора, где находим лестницу. Я сглатываю. В таком состоянии Дориан ни за что не сможет спуститься по ней.
– Твоя комната находится внизу?
Он кивает.
Ракушки. Будет нелегко.
С другой стороны, есть один способ…
Я прикусываю губу, обдумывая имеющиеся у нас варианты. Раньше я брала с собой в Двенадцатое королевство только Подаксиса, но нет никаких оснований полагать, что не смогу провести и Дориана. Возможно, это единственный способ доставить его в комнату в целости и сохранности.
Но почему я так сильно забочусь об этом? Я могла бы исчезнуть прямо сейчас, пробраться через Двенадцатое королевство, вернуться в женское крыло и позволить Дориану, упав с лестницы, разбиться насмерть.
