Верит он! Помню, как подозревал меня в сговоре с Карабос. И как обыскивал, когда нашёл договор на замок. И в качестве особого доверия привязал меня к себе заклятьем… Как там его? Невидимая удавочка?..
Тоже мне, доверие…
Я споткнулась, хотя пол под ногами был ровным — из плотно подогнанных друг к другу каменных плит.
Стоп. Почему «удавочка» не подействовала, когда Брайера ранили, и он отправлял меня куда подальше вместе со Стефаном? А когда мы бегали по Найту? Я была далеко от Брайера, но никакого удушья не чувствовала. И фея Канарейка… И Стефан… они говорили, что на мне нет никаких заклятий… А как же фея Карабос?..
— Это здесь, — кисло произнёс брат Ансельм, указывая на маленькую узкую дверь, почти неотличимую от каменной кладки стены. — Но имейте в виду, Великий Тедерикс будет недоволен.
— Мы договоримся, не беспокойтесь, — утешил его Брайер и толкнул дверь, проходя первым.
Помедлив, я пошла следом за ним, опасливо посматривая на брата Ансельма, а тот стоял с непередаваемо страдальческой миной, будто мы уже приканчивали Великого Тедерикса.
За дверью было темно, и я услышала голос Брайера:
— Эй, и куда нам дальше?..
— В преисподнюю! — крикнул брат Ансельм, а потом дверь за нами со стуком захлопнулась, и мы остались в темноте.
Хорошо, если только вдвоём с Брайером, а не с парочкой гадюк в придачу.
Я бросилась обратно, толкнув дверь плечом, но она не подалась. Снаружи что-то щёлкнуло, и стало тихо, как в могиле. Меня прошиб холодный пот. В могиле! Вот не хватало ещё умереть таким собачьим образом!
— Ну что, доигрался?! — зашипела я в темноту. — Теперь будешь своему другу телеграмму отправлять? Открой шкаф, меня заперли!
— Стой на месте, — посоветовал мне невидимый колдун. — Подними правую ладонь и ничего не бойся.
— Зачем это? — сразу перетрусила я.
— Просто доверься мне, принцесса, — донеслось из темноты, и я, словно зачарованная, подняла правую руку, разворачивая её ладонью вверх.
Было так темно, что я не видела собственной руки, но вдруг совсем рядом вспыхнула яркая жёлтая искра и метнулась ко мне, упав на ладонь и превратившись в язычок пламени. И хотя пламя не обожгло меня — я даже не почувствовала тепла, но от неожиданности вскрикнула и отшатнулась. Язычок огня дрогнул и потух, а я услышала тихий смех колдуна.
— Сказал же — ничего не бойся, — повторил он покровительственно. — Попробуем ещё раз. Разверни ладонь.
— Ты со своими шуточками!.. — возмутилась я, немного приходя в себя и снова поднимая руку. — Мог бы предупредить.
— Я и предупредил, — невинно ответил Брайер. — Кто же виноват, что ты — та ещё трусишка?
Снова вспыхнула искра — на этот раз красная. Когда она спикировала ко мне на ладонь, я уже не испугалась, и вскоре язычок пламени осветил крохотный каменный мешок, в котором мы очутились.
— Держи руку ровно, — велел мне колдун, начиная ощупывать стены, — и думай только о хорошем.
— Самое время — подумать о хорошем! — огрызнулась я.
Огонёк мигнул и затрепетал, как от сквозняка.
— Опять загасишь, — добродушно сказал Брайер, не прекращая оглаживать камни в кладке, — я тебе огонёк на голове зажгу. И сделаю так, чтобы горело поярче. Будешь — Крошка с огоньком!
— И как сделаешь? Какие там методы у чёрных колдуняк? — сварливо поинтересовалась я, но в мыслях быстренько постаралась навести порядок — раз уж так надо. Всё-таки, при свете как-то уютнее, чем без него.
Огонёк в моей ладони опасно трепыхнулся, но не погас, а Брайер посмотрел на меня чрез плечо и засмеялся.
— Всё веселишься? — я приподняла руку, чтобы осветить нашу тюрьму.
Гадюк здесь не было, и на том спасибо, но и другого выхода не было. И ни одного окошка или хотя бы воздуховода.
Позитива не добавило и воспоминание, что Брайер отпустил на волю осла. Как знал… Или точно знал?
— Слушай, — спросила я подозрительно. — А ты что такой спокойный? И что ты там со стеной обнимаешься?
— Здесь раньше была кладовка, — ответил он. — И отсюда можно было попасть в оружейную.
Он надавил основанием ладони на камень, который чуть выступал из общей кладки, и стена дрогнула, открыв небольшой ход, откуда потянуло сыростью и гнилью.
— Нам туда? — забеспокоилась я. — Ты уверен? Сто лет прошло!
— Ты с самым великим колдуном всех времён и народов, — сказал Брайер и нырнул в ход, поманив меня за собой. — Это что-то да значит!
— Великим! — фыркнула я, отправляясь за ним. — Забыл ещё сказать, что самым скромным!
Идти пришлось, втягивая голову в плечи, потому что с потолка свисали корни растений — как самые настоящие змеи. Брайер взял меня ладонью под ладонь, повыше поднимая огонёк, и мы пошли по древнему коридору прямо в неизвестность.
— Кому понадобилось соединять кладовку с оружейным залом? — спросила я, потому что идти в абсолютной тишине было жутко.
— Рассуждения женщины, — усмехнулся Брайер. — В случае осады или нападения самое главное — что? Поесть и вооружиться. Чтобы не взяли измором или силой. В моё время знали, что делали.
— Ну, раньше и трава была зеленее, — согласилась я. — А ты попался, как наивный дурачок. Зачем полез сюда? Думал, что Тедерик сидит в бывшей кладовке?
— Такой вот я… наивный.
