Поцелуй василиска полностью

Толпа снова зааплодировала. Несколько стаканов медовухи нашли свою смерть на булыжниках. Не говоря больше ни слова, Лео спустился со сцены, чтобы присоединиться к своему отцу, лицо которого застыло под маской ярости. Тэмми могла только догадываться, о чем думал Максимус. Наблюдать, как его сын благоволит городскому изгою, несомненно, было поводом для ярости. Королю не понравилась дерзость Лео. Это напрягло их и без того хрупкие отношения и поставило ее прямо под прицел Максимуса — туда, где у нее не было желания быть. Но она подумает об этом в другой раз.

На данный момент, к счастью, шоу закончилось.

Тэмми покинула сцену вместе с другими девушками, прежде чем вернуться к Габриэлю. Он протянул ей бокал, который она тут же осушила.

— Я бы поставил восемь, — сказал Габриэль.

— Прошу прощения?

— Вашему акту, — сказал он. — Восемь из десяти.

— Акту?

— Как по мне, слишком много слюней в поцелуе с языком, но, полагаю, принцу это понравилось. В следующий раз вставай на цыпочки. В противном случае, он слишком высок для тебя.

Тэмми недоверчиво рассмеялась, когда поняла, что он оценивает поцелуй. Она знала, что это просто способ отвлечь ее от неудачного выступления перед публикой. Габриэль всегда знал, как поднять ей настроение. В жизни у Тэмми было немного. Но он всегда оставался рядом.

Остаток вечера они провели, стоя с краю толпы и играя в игру «выпивка», в которой делали по глотку всякий раз, когда Вера с кем-то флиртовала.

В конце концов рядом появилась мать Тэмми.

— Уже поздно, моя дорогая.

— Конечно, мама. Увидимся дома.

Ее мать покачала головой.

— Я останусь в деревне на ночь.

— Ох.

Тэмми забыла, что ее мать ухаживала за маленькой дочерью мясника, пока ее родители были в отъезде. Молчание толпы снова всплыло в памяти Тэмми. Каково было ее матери стать свидетельницей публичного позора Тэмми? Скользкая нить вины сжала ее горло. Это была старая рана, которая снова открылась.

Поддавшись внезапному порыву, Тэмми обняла мать. Они редко прикасались друг к другу подобным образом. Тэмми могла по пальцам одной руки пересчитать случаи, когда они обнимали друг друга дольше короткого мгновения. Если ее мать и была удивлена, она этого не показала. Она просто положила голову Тэмми на плечо и сжала в объятиях.

Когда они оторвались друг от друга, Тэмми сказала:

— Увидимся завтра, мама.

Мать слегка улыбнулась ей и ушла.

— В таком случае. — Габриэль поднял брови, глядя на нее. — Всадник?

Тэмми вздохнула. Вряд ли им нужно было больше пить. Но ее матери не будет дома, и она не сможет пойти навестить Каспена. Чем еще заняться вечером?

— Всадник.

Они вместе доковыляли до бара. Когда они добрались до него, люди уже стекались с фестиваля. Габриэль поцеловал ее в щеку.

— Первый раунд за мной.

Тэмми не протестовала.

Она скользнула в их любимую кабинку, игнорируя то, что казалось, будто все взгляды устремлены на нее. Без сомнения, люди еще долго будут говорить о событиях сегодняшнего вечера.

Ее мысли вернулись к разговору с Каспеном и единственному условию, при котором его гнездо примет их помолвку. Что это за условие такое? И чем занимается Каспен? Волна раздражения прокатилась по Тэмми. Ее не смирил тот факт, что он прервал их связь без предупреждения. Было неприемлемо, что он решил использовать свою власть таким односторонним способом. У них не могло быть нормальных отношений без общения. Тэмми всегда была в неведении, всегда узнавала все последней. Это нужно было прекратить.

Габриэль скользнул в кабинку и протянул ей пиво.

— Вот, дорогая.

— Спасибо. — Она выдавила улыбку. Они чокнулись и вместе отпили по глотку.

— Знаешь. — Габриэль наклонился ближе. — Старина Стив сегодня выглядит довольно неплохо.

— Больше ни слова.

— Я просто говорю. Если с принцем ничего не получится, ты можешь выйти за него замуж. Держу пари, ему нравятся поцелуи с языком.

— Разве я не могу просто выйти замуж за тебя?

— Ох, прошу, Тэмми. Я предпочитаю конюхов.

Тэмми вздохнула.

— Хотя, — задумчиво произнес он. — Ты могла бы как-нибудь попробовать трахнуться в экипаже. Он вместительный.

Тэмми закатила глаза. Затем посмотрела на Габриэля. Он был пьян, и она тоже, и по какой-то причине все, чего она хотела, это рассказать ему обо всем, что происходило в ее жизни. Она хотела рассказать ему о когте, о своей связи с Каспеном, о Джонатане и Кристофере. Секреты начинали пожирать ее заживо.

— Габриэль, — медленно произнесла она. — А что, если я скажу тебе, что виновата в чем-то плохом?

Он сделал большой глоток пива. Его стакан был уже наполовину пуст.

— Я заинтригован.

— Что, если это действительно очень плохо?

Габриэль пожал плечами.

— Я очень, очень заинтригован.

Тэмми отхлебнула пива. Она действительно собиралась это сделать?

Прежде чем она успела принять решение, Габриэль поднял руку.

— Тэмми, — сказал он псевдосерьезным тоном. — Если ты собираешься сказать мне что-то важное, мне нужен крепкий алкоголь.

Ей пришлось улыбнуться в ответ. Честно говоря, ей тоже нужен был крепкий алкоголь, чтобы сказать ему.

— Прекрасно.