— Должно быть, — прощебетала Лилли, делая глоток шампанского. — Наверное, обсуждает важные, царственные вещи с нашим отцом.
При упоминании Максимуса желудок Тэмми скрутило в узел. Она хотела спросить Лилли, будет ли король оспаривать выбор Лео, будет ли он препятствовать свадьбе. Но она не хотела, чтобы у Габриэля были неприятности. И она не хотела предполагать, что Лео выберет ее. Поэтому вместо этого она сказала:
— Пойду и найду его.
— Поступай как знаешь. — Лилли слегка помахала ей рукой, прежде чем упорхнуть.
Тэмми обменяла свое шампанское на виски, прежде чем сделать круг по бальному залу. Королевская семья сегодня была в полном составе; куда бы она ни повернулась, она видела шеи, уши и пальцы, с которых капало золото. От этого зрелища ее затошнило. Тэмми прислонилась к ближайшей колонне, пытаясь отдышаться. Она опустила барьер в сознании, но не потянулась к Каспену. Вместо этого она искала связь с другим — тем, который, как она знала, был где-то рядом. Когда она нашла его, то спросила:
Слова растворились в пустоте. Прошли секунды. Тэмми попробовала снова.
Долгая пауза. Тэмми уставилась на свой виски, ее сердце бешено колотилось о ребра. Затем голос ее отца ответил:
Надежда пронзила Тэмми.
Ее заявление осталось без подтверждения. Вместо этого она услышала те же слова, которые уже слышала однажды:
Тэмми нахмурилась. Кое-что впервые пришло ей в голову, и она не могла поверить, что не догадалась спросить об этом раньше.
Но их связь прервалась.
Тэмми допила остатки виски, пытаясь успокоиться. По правде говоря, она не доверяла ни одному из королей. Прежде чем она успела подумать об этом больше, она почувствовала еще один пульс.
На этот раз, вопреки здравому смыслу, она впустила Каспена.
Тэмми закатила глаза.
Еще один импульс.
Тэмми скрестила ноги, стараясь не задохнуться, когда он послал импульс такой силы, что ее клитор запульсировал.
Тэмми не могла ответить. Она была слишком сосредоточена на сопротивлении оргазму, который отчаянно хотел вырваться на свободу. Каспен был неумолим, посылая ей импульс за импульсом, пока она не возбудилась настолько, что почти не чувствовала его руки на своей талии.
— Тэмми.
Это был Лео. Пульсация внезапно прекратилась.
Она повернулась к нему лицом.
—
— Ты все лучше разбираешься в комплиментах, — сказала Тэмми.
Его лицо расплылось в улыбке.
— Я, конечно, рад это слышать.
Тэмми тоже улыбнулась, и на мгновение ее беспокойство исчезло. Она посмотрела на Лео, разглядывая его бархатный костюм и украшенную драгоценными камнями змею, приколотую к нему.
— Тебе нравится бал? — спросил Лео.
— Нет, — честно ответила Тэмми. Она наслаждалась другими вещами, но, конечно, не балом.
Его улыбка стала шире.
— Я так и думал. Тогда, может, отважимся на что-нибудь другое?
— Я не пойду в твою комнату, — коротко предупредила Тэмми.
— Я я что-то сказал про свою комнату?
Тэмми закатила глаза. Будь воля Лео, они бы никогда не
Он поднял руку, предлагая ей сгиб локтя.
— Я подумал, мы могли бы прогуляться, если хочешь.
— Твоему отцу это не понравится.
— И замечательно.
В ответ Тэмми положила руку ему на локоть, пока он вел ее через бальный зал во внутренний дворик и к лабиринту. Ее влага стекала по бедрам, свидетельствуя об оргазме, которому она едва сопротивлялась.
В тот момент, когда они вошли за огромные зеленые стены, Тэмми впервые за вечер почувствовала спокойствие. Шум бала стих, когда они углубились в лабиринт, воздух стал таким холодным, что Тэмми поежилась. Лео немедленно накинул ей на плечи свой плащ. На этот раз она не протестовала, вместо этого наслаждаясь тем, как ее окутывает его аромат. Пока они петляли по лабиринту, тяжесть вечера навалилась на нее.
— Лео, — сказала Тэмми так уверенно, как только могла. — Я в последней тройке?
Он опустил взгляд.
— А ты хочешь в ней быть?
Прямой вопрос. Прежде чем она успела ответить, они зашли в тупик.
Мир погрузился в тишину, пока они оба стояли неподвижно. Статуя человека в мантии нависала над ними, и Тэмми смогла разглядеть имя, выгравированное на табличке у ее основания:
Отец Лео.
Тэмми повернулась лицом к принцу. Он смотрел на нее сверху вниз спокойно, с тем же отработанным самообладанием, которого она привыкла от него ожидать. Когда она все еще не ответила, Лео наклонился.