— Ты сделал мне комплимент в ущерб себе.
Она пожала плечами.
— Я не знаю, как поступить иначе.
Он покачал головой.
—
— Нет. Это не так. Я совершенно обычна.
Каспен вздохнул.
— Это явная неправда. Но я и не жду, что ты мне поверишь.
— Ты думаешь иначе?
— Да, — сказал он, золото его глаз сверкнуло в тусклом свете камина. — Ты видишь себя не так, как я.
Он говорил спокойно, как будто его слова были истиной в последней инстанции. И все же Тэмми не могла ему поверить. В ее голове пронеслись годы жестоких насмешек — от Веры, от других школьников. Тэмми знала, что другие люди думают о ней; она знала, что чувствует по сравнению с другими. Она надеялась однажды увидеть себя такой, какой видел Каспен, но сомневалась, что этот день настанет сегодня.
Тем не менее, она спросила:
— Какой ты меня видишь?
Его глаза надолго задержались на ней.
— Было бы проще показать тебе.
Прежде чем Тэмми успела сообразить, что это значит, Каспен поднял ее на ноги. Он поставил ее так, чтобы она оказалась перед зеркалом в полный рост, а сам встал у нее за спиной. Осторожно, движением настолько медленным, что она едва заметила, что это происходит, он расшнуровал льняную рубашку и стянул ее с ее плеч. Она упала на землю. Затем он зачесал ее волосы назад, так что она была полностью обнажена.
Вопреки себе, Тэмми покраснела. Она редко пользовалась зеркалом дома, а если и пользовалась, то никогда не разглядывала себя обнаженной — и уж точно не подолгу. Она поняла, что ее тело изменилось с тех пор, как она видела его в последний раз. Неловкие ракурсы ее детства давно прошли. Теперь у нее были изгибы, и довольно впечатляющие, благодаря дополнительному питанию после тренировок с Каспеном. Ее кожа загорела от часов, проведенных в курятнике, а волосы по мере роста утратили свои тугие завитки, обрамляя лицо мягкими, грациозными волнами.
Руки Каспена снова задвигались, легко скользя вверх по ее рукам к основанию шеи. Его пальцы накрыли, затем сжали горло, прежде чем коснуться груди и продолжить спуск к талии. Добравшись до ее бедер, он обхватил ее руками, крепко прижимая к своему телу. Его подбородок лег на ее голову.
— Посмотри на себя, — прошептал он. — Совершенство.
Тэмми уставилась на них двоих в зеркале. Она предположила, что, возможно, кто-то сочтет ее хорошенькой. Но хватило всего одного взгляда на Каспена, чтобы развеять мысль о том, что
Это было настолько фальшиво, что Тэмми даже фыркнула. Она попыталась вырваться, но Каспен только крепче прижал ее к себе.
Раздражение Каспена усилилось, затем отступило. На смену ему пришла нежная волна понимания — луч чистого сочувствия, который проник прямо в сердце Тэмми и согрел ее до глубины души.
Тэмми понятия не имела, чего ожидать.
Мгновение спустя ее охватило странное ощущение. Казалось, Каспен
Тэмми начала паниковать. Что, если она не сможет вернуться в свой разум? Что, если она…
Голос Каспена был таким громким, что Тэмми увидела, как ее отражение подпрыгнуло в зеркале. Он доносился со всех сторон, как будто она стояла посреди крошечной комнаты, а сотня человек выкрикивали ей его слова. Тэмми попыталась что-то сказать в ответ, но обнаружила, что не может. Ее паника только усилилась, а вместе с ней и его веселье.
Как только он это сказал, Тэмми почувствовала, что ее паника исчезла. Она была спокойна, потому что
Их взгляды вернулись к зеркалу.