Солдатик почему-то не верил. Сидел на корточках и смотрел на меня. Я решила, что надобно менять стратегию.
— Кхм, — откашлялась я, — какая замечательная погода, вы так не считаете? Солнечно, тепло, свежо, мммм! — и демонстративно внюхнула в себя воздух.
Вместо с каким-то жучком.
Пока я откашливалась и отплевывалась, солдатик смылся. Так я сделала первый вывод: солдатики — это вам не облененные мужчины-ары. К солдатикам нужно подбираться осторожнее, и, желательно, с подветренной стороны, чтоб не учуяли запах и не навострили копыта раньше положенного.
Тем более, что давешний солдатик вернулся в стаю и принялся что-то втолковывать своим, указывая на меня. Ясно. Сообщил, что в их мирной прерии завелся хищник. Я хлестанула хвостом себя по боку и затаилась в кустах, выжидая, пока один из них не потеряет бдительность.
Однако солдатики выставили дозорного. Тот встал в центре стаи и настроил локаторы во все стороны.
Бдил.
Ух, нервные какие!
Я дала им время успокоиться и короткими перебежками, пользуясь естественными природными укрытиями, начала подбираться к стае ближе. Стая пока мирно занималась своими делами и ничего не подозревала. Бухнувшись под прикрытие камня, я выцепила самое слабое и самое аппетитное звено стаи: длинноного солдатика, увлеченно копающего песок. Настолько увлеченно, что на шее его выступил пот и посвёркивал на солнышке. Представив, как начнут посвёркивать глаза Ар при виде картинки с таким старательным работником, я начала вытаскивать на свет божий свои рабочие инструменты.
И тут:
— Ара Самара, почему вы лежите на земле?
Так я сделала второй вывод: хочешь подобраться к стае — отвлеки вожака.
Я послала нижний оскал сапогам генерала:
— Отдыхаю.
Сапоги удивились:
— На траве?
— Ага.
Воцарилась тишина. Я ожидала, что сапоги сейчас тронутся с места. Но они продолжали смотреть прямо на меня. Закрывая, между прочим, обзор на трудолюбивого солдатика.
— Что-то еще? — спросила я у сапог.
— Да, — ответили сапоги, — я не поил вас любовным зельем.
На вкус сапоги были сплошная кожа да вакса. А еще плотные. Во всяком случае, насквозь не прокусываемые. Генерал аккуратно потряс ногой и снял меня со своей ступни. Я с огорчением выплюнула ваксу.
— Если вы меня не поили меня любовным зельем, — спросила я, — как же так получилось, что я вас влюбилась?
— Все очень просто, — ответил генерал, — вы выпили зелье сами.
— Сама? Я что, с ума сошла? Зачем мне было хотеть влюбиться ⁈
Кирпичный. Я же говорила!
— Затем, что у вас не было выбора, — процедил забор из зубов, — это было ваше наказание.
— Наказание? Да за что⁈
— Вас поймали за продажей любовных зелий, — мысленно я показала кукуш оригинальной Аре Самаре. — В качестве наказания Его Величество заставил вас выпить собственное же любовное зелье. Из всех людей, присутствующих на тот момент в зале, вы выбрали влюбиться в меня.
Воистину в момент отбора я ослепла на оба глаза сразу!
— Странно только то, — продолжал генерал, — что вы напрочь забыли о том дне. И что сумели разлюбить меня так скоро.
— Особенности зелья, — отмахнулась я. А потом опомнилась. — Погодите-ка… вы хотите сказать, что это Мутный Тип заставил меня выпить зелье⁈
— Да.
Так я сделала третий вывод: Мутному Типу оставалось жить несколько часов.
МАРКИЗ ВИ КРАНТ. Все еще день 6.
Я подошла к тропе и бросила хищный взгляд на все еще кококавшего Мутного Типа. Мутный Тип, почуяв неладное, осторожно задрал голову вверх. Сусел Агор насторожился. Я щелкнула клювом, расчехлила крылья, оттолкнулась хвостом — и спикировала прямо на голову жертвам.
Точнее, жертве, потому что нацелилась я только на одну.
Однако, сусел Агор был настороже — не зря, видимо, ел свой хлеб (или чем там питаются суселы?), — и успел перехватить меня в воздухе до того, как я приземлилась на аэродром императорской макушки.
Так мы и стояли.
Ветер качал стебли травы. Колыхались тонкие цветочки. Жужжали всякие жужжалки. Ласково светило солнце. Стучали лопатами солдатики. Ара Элеонора любопытно косилась из подмышки Мутного Типа. Мутный Тип не сводил глаз с нас с Агором.
И его можно было понять.
Ибо мы с Агором стояли в той самой знаменитой позе из «Грязных танцев».
Я — хищно раскинув крылья и вытянув лапы назад. Он — успевший перехватить меня за бедренные кости прям на лету.
