А вот Лиза хмурилась. Да, у неё в городке осталась квартира, но вряд ли девушка опасалась мародёров или вообще как-то переживала за материальное. Просто она у меня очень правильная и любит людей, если ей, конечно, не дают прямого приказа их не любить. Я едва удержался от улыбки умиления, неуместной в такой ситуации. Новообращённая повелительница гроз с тревогой смотрела на то, как идут в сторону Пушкинских Гор колонны бронетехники, а в обратную сторону тянутся синие автобусы с эвакуированными жителями. Очень медленно ползли машины, очень. Где-то в районе поселка Балаши один из автомобилей перевернулся, перегородив полосу, отчего выросла огромная пробка.
И при этом к закусочной никто не поворачивал. Страх гнал жителей прочь, и мы провожали их взглядами, дожёвывая не самые вкусные бутерброды. В целом — норм.
«Тверчанка» охраны торчала на той же стоянке позади нас, и взгляды церковников жгли затылок. Хорошо, что у Лизы в машине есть тонировка, и моё сопровождение не видит Рррупи. Уверен, с таким серьёзным подходом к работе, у ребят совершенно точно возникнут вопросы к удивительному зверьку.
— Игумен сказал, что пока я здесь, демоны так и будут лезть, — поделился я с девчонками, когда доел. — Переложил на меня ответственность, стервец. Говорит, что кто-то слишком много обо мне знает и передаёт на ту сторону.
Лиза машинально повернулась назад, к Василисе. Зелёные глаза ведьмочки распахнулись широко-широко от возмущения:
— Да не я это! Не смотри так!
— Ты уже его предавала! — прищурилась Лиза.
Я кашлянул. С намёком кашлянул, вспомнив ей историю с Лавровыми, по чьему наказу мне в лобешник пуля прилетела на старте моей демоноборческой карьеры. Как бы, тут тоже у кого-то в глазу бревно торчит. Я обиды не держу, но давайте ближе к справедливости.
— Прости, Люшк, — залилась румянцем Лиза. Умница, сразу всё поняла. — И ты, Василисичка, прости. Это я из-за нервов сама не своя. Так людей жалко…
— О своих думать надо, — обиженно проворчала Вася. — А не о чужих.
— Так, дамы, не ссорьтесь, —вмешался я. — Кто бы там на Мордарда ни работал, он уже должен знать куда мы едем. Я стараюсь всех держать в курсе! Как и завещал великий Пётр.
И это было правдой. Я не скрывал цели нашего путешествия. Ёжкина кошка, да я даже работнице закусочной сказал куда едем и зачем. Так что легенду блюду и блюсти буду.
— Вообще, я Мордарда не слушаю. Он бубнит постоянно что-то. Обещает разное дурацкое. Вон, клянется вылечить меня! — хихикнула Василиса. — Говорит, что это ты меня изменил, а он может всё исправить. Дурак, зачем это исправлять?
Мы встретились взглядами в зеркале заднего вида. Рыженькая сексуально подмигнула:
— Я не хочу, чтобы это исправляли. Я, может быть, всю жизнь о таком мечтала!
— Все долгие семнадцать лет, — хмыкнула Лиза.
— Восемнадцать, Елизавета Андреевна! — совершенно серьезно заявила Василиса. — Исполнилось в апреле.
— О, это многое меняет! Взрослая жизнь! — покачала головой Лиза.
— Старикам виднее, — обезоруживающе улыбнулась Вася.
— Дамы? Вы меня беспокоите! Давайте-ка мир-дружба-наждачка! — снова вмешался я.
— Умолкаем. Да? — Лиза повернулась к ведьмочке, вроде настроена дружелюбно. Фух, отлегло. Грызни мне только не хватало. Василиса часто-часто закивала, показав пальцами сердечко.
— Господин недоволен. Но мы можем сделать господина счастливым. Господин хочет? — шутливо-жарко сказала ведьма. Лиза повернулась ко мне, изогнула бровь вопросительно и с намёком. Ух, девочки, вы полегче, ладно?
Я вместо ответа положил руки на руль, завёл автомобиль. Господин хотел, но не сейчас. Сейчас надо было выбраться из этих пробок, найти место потише и хорошенько поспать, а дальше уже спокойненько добраться до Твери.
Впрочем, через несколько часов поездки, в мотеле под Великими Луками, господин получил то, что хотел. Сдавать нам один семейный номер на троих отказались, поэтому пришлось брать два. Один для девочек, второй для мальчиков, однако соблюдение нехитрых правил господина не обломало, так как номера были по соседству.
