Отломленное горлышко рассыпалось мелкими осколками, упав на лаву. В ту же секунду щит исчез и открытая бутылочка, кувыркаясь в воздухе и оставляя густой дымный след, полетела в сторону врагов, а Ганц рванулся с места. Арра послушно мчалась за ним. Не оглядываясь, они вихрем пронеслись по территории базы, вылетели, не снижая скорости, на какие-то грядки, миновали их, безжалостно топча, оставили за собой заметный след проломившись сквозь кукурузную делянку. Потом Ганц резко свернул направо. Ритм бега сменился – теперь они не удирали с максимальной скоростью, а бежали, хотя и по-прежнему очень быстро, нога в ногу, широким шагом стайеров, следя за дыханием и работая руками (впрочем, Ганц – только одной рукой, второй он был вынужден придерживать все время сползавшего с плеча Джузеппе), бежали с четкой и определенной целью: за минимальный промежуток времени удалиться на максимальное расстояние от Базы.
Наконец, на опушке не слишком густого леса, Ганц сбавил темп. Еще некоторое время он бежал, оглядываясь по сторонам и петляя между кустами и деревьями, потом перешел на широкий шаг. Арра, немного вспотевшая и запыхавшаяся, держалась рядом, словно вторая тень. Все-таки, она была выбита из колеи последними событиями и теперь воспринимала реальность слегка отстраненно – словно и не с ней это все происходило, а с кем-то другим, с незнакомой девушкой. А она, Арра, только смотрит на все это со стороны.
Наверное поэтому, она не слишком удивилась, когда послушно остановившись рядом с Ганцем, огляделась и поняла, что они находятся на той самой полянке, где проходил театрализованный «обряд подготовки к бою». Просто стояла и хлопала глазами. А Ганц аккуратно спустил Джузеппе на траву, опустившись на колени поискал пульс. Поднял побледневшее лицо, дернул девушку за руку, так, что она плюхнулась рядом:
– Что стоишь, как столб? Сделай же что-нибудь!
Что? Чего он от нее хочет? Кричит зачем-то, толкает ее к Джузеппе… нахал. Вот Джузеппе, воспитанный человек, магистр, лежит себе тихо, не скандалит… Джузеппе?!
Арра очнулась, торопливо склонилась над магистром, ощупала его. Видимых повреждений нет, но он по-прежнему без сознания, дыхание поверхностное, пульс… да где же этот пульс?! Ага, есть, но до чего же слабый… А это еще что такое?
– Ой! – непонятная, но мощная сила отбросила ее в сторону метра на два.
– Ты чего? – почему-то шепотом спросил Ганц.
– Не знаю… подожди, – она села, потерла ушибленный локоть. – Сейчас еще раз попробую.
Не вставая на ноги, Арра снова подползла к Джузеппе. Теперь она действовала гораздо осторожнее. Сосредоточившись, легко коснулась ладонью головы, плеча, попробовала протянуть руку к груди, но вскрикнув, снова отдернула. Что-то пошептала, подула на ладони и, растопырив пальцы потянулась к груди еще раз. И снова у нее ничего не вышло. Ганц напрягся, но сидел молча, ничего не спрашивал. Не хотел отвлекать.
Арра наскоро, почти небрежно, проверила остальные участки тела магистра, потом, не глядя, сорвала пучок травы и бросила ему на грудь. Несколько травинок ярко вспыхнули, Джузеппе дернулся и еле слышно застонал. Арра замерла. Потом, так и не пошевелившись, двигая только губами, пропела короткое заклинание. По груди Джузеппе быстро пробежали и погасли голубые искры. Она ахнула и, отшатнувшись, села на пятки. Повернулась к Ганцу, испуганная и растерянная:
– Я не знаю как это… я даже ни разу не слышала… это у него внутри, словно осколок магии… – из глаз ее брызнули слезы.
– Спокойно, птичка, спокойно, – Ганц придвинулся к ней и крепко взял за плечи. – Ну не слышала, что ж теперь? Мало ли в мире такого, о чем ты не слышала. Раз это осколок, значит его нужно удалить, правильно я понимаю?
– Но он же не материальный! – жалобно вскрикнула Арра. – Я просто не умею! Ганц, я ничего не могу сделать и он теперь… Ганц, Джузеппе умрет!
– А ну, прекрати истерику! – он грубо тряхнул ее за плечи. – Все ты можешь! Это я не могу, а ты воин-маг, и не смей сопли распускать, поняла! – Ганц снова потряс ее с такой силой, что голова девушки закачалась из стороны в сторону. – Вспоминай, чему там тебя учили в твоей Эсмеррской школе, пускай в ход амулет, но делай же что-нибудь!
– Д-да, сейчас, – наконец сумела выговорить Арра.
Ганц тут же отпустил ее. Девушка вытерла слезы, несколько раз глубоко вздохнула, виновато посмотрела на него.
– Спасибо, – короткое слово было сказано тихо, почти шепотом.
– Работай, – мрачно буркнул Ганц.
