Но теперь, когда полиция его обнаружила, когда вопрос о сохранении монополии уже не стоял, у Риттера не было никакого стимула проявлять сдержанность. Напротив, чем больше паники он сможет создать, тем легче будет продавать товар. А лучший способ посеять панику — это посеять смерть.
— Он собирается усеять город трупами, как в первый раз с Лагерем. Только на этот раз будет больше трупов и больше мест.
Так просто… И как только он это сделает, уже ничего нельзя будет изменить. Чтобы доставить еще одну партию ангельского сусла, понадобятся недели, а то и месяцы. К тому времени будет уже слишком поздно. Кенниан погибнет от чумы, а вместе с ним — и Пять Деревень. А после этого — соседние города. Севарра и Кирион, а затем и Аррёне…
Коди выпрямился, его глаза сверкали.
— Мы должны его найти. Должен же быть какой-то выход!
Ленуар окинул взглядом горизонт, затянутый сумерками и дымом от огромного пожара. Вдали замигали огни: уличные фонари и фонари на домах оживали на тысячах домов, насколько хватало взора. Кенниан никогда еще не казался таким огромным.
На мгновение Ленуар оцепенел, охваченный отчаянием. Этот город был так близок к гибели. А сам инспектор был так близок к тому, чтобы оправдать своё помилование; исполнить договор, который он заключил, пусть и невольно, с Повелителем Тьмы холодной осенней ночью.
Они нашли лекарство; у них было достаточно ангельского сусла, чтобы держать чуму под контролем, пока другая партия идёт в Кенниан через Серое море. Случаи заболевания за пределами Лагеря все еще оставались относительно изолированными, потому что напуганные кеннианцы боялись пока выходить из дома.
Единственными, кто отваживался выходить на улицу, были продавцы лекарств и их отчаявшиеся клиенты. И еще добровольцы, собирающие трупы…
Ленуар замер.
Собиратели трупов.
Скрытые за масками. Безымянные. Немногочисленные.
— В участок, — скомандовал Ленуар. — Немедленно. Дай Бог, шеф уже вернулся.
— Шеф? А как он нам поможет?
— Не уверен, что он сможет помочь, сержант, но у нас нет другого выхода.
От этого зависела судьба целого города.
* * *
— Мне нужны все свободные люди, шеф.
Рек нахмурился.
— А ты заметил праздно шатающихся людей, когда сюда зашёл? Потому что я застал лишь пустой участок.
— Мне нужны люди. Срочно.
— Мне тоже. Если ты не заметил, у нас возникли небольшие проблемы.
— Я знаю, кто он, шеф. Знаю, кто главный в этом заговоре. И я его поймаю, если вы дадите мне людей.
Рек нетерпеливо вздохнул.
— Послушай, я хочу видеть этого ублюдка повешенным не меньше тебя, но сейчас у меня есть более серьезные заботы. Я думал, что ты лучше всех это поймешь.
— Нет, вы не понимаете! — Ленуар хлопнул ладонями по столу Река, опрокинув чернильницу. — Речь идет не только о том, чтобы поймать его. Речь идет о том, чтобы остановить его. Если мы этого не сделаем, погибнут тысячи людей. Десятки тысяч.
Рек уставился на Ленуара так, словно тот сошел с ума.
— Коди, может быть, ты объяснишь мне, что, во имя всего святого, нашло на нашего инспектора?
— Он собирается сделать это снова, сэр, — сказал Коди. Он тоже склонился над столом, плечом к плечу с Ленуаром. — Он распространит чуму по всему городу, если мы не найдем его первыми.
— Что значит «собирается»? Он ведь это уже сделал?
— Да нет же!
Ленуар слышал, какое отчаяние и безумие сквозит в его голосе. Это делу не поможет, но он уже не мог остановиться. Он чувствовал, что секунды ускользают, как песок сквозь пальцы, каждая из которых была драгоценна, как бриллиант.
— То, что он сделал в Лагере, было только началом. Он хотел контролировать эту болезнь, чтобы позволять ей появляться то тут, то там. Ему нужно было не торопясь создать спрос. Но теперь все по-другому.
— Почему? Что изменилось?
— Теперь мы знаем, кто он такой, — сказал Коди. — Его время почти истекло, и он это понимает, поэтому делает все возможное, чтобы продать как можно больше, прежде чем бросится бежать.
— Лучший способ быстро продать — это посеять панику, — сказал Ленуар, — а если хочешь посеять панику…
— Всё должно выглядеть так, будто весь город заражён чумой, — закончил за него Рек. — Я понял.
— Он собирается сделать то же самое, что и в Лагере: разбросать трупы, — сказал Коди. — Только теперь будет больше трупов и больше территория. И не будет никакой реки, которая отделила бы болезнь от центра города.
— Я думаю, он будет изображать из себя собирателя трупов, — сказал Ленуар. — Тогда никто не обратит на него никакого внимания.
Рек выругался и вскочил на ноги.
— И как мы его найдём?
— На его месте, — произнёс Ленуар, — я бы начал с более богатых кварталов. Мэдоусмид и Примроуз-парк.
— Логично. Там люди деньги не считают, а значит, товар продаваться будет быстрее. — Рек снова вздохнул. — Но даже если ты прав, эти два квартала — огромная территория.
Ленуар тяжело опустился на край стола, словно держал на плечах неподъёмный груз.
