— Не люди, потому что не люди. Какие тут могут быть подробности? Гораны тоже не люди. Тебя же это не удивляет.
— Так горанов с людьми и не спутаешь, а чаровника я от обычного человека отличить не могу, пока он не начинает колдовать.
— Глаза.
— Что глаза? Я видел огневиков, у них такие же глаза, как и у меня.
— Ты видел полукровок. А у чаровников глаза серые, но не такие, как у пустышек бывают серые, а вот прям такого ровного тёмно-серого цвета. И зрачок, как у кошки — узкий. Они тоже видят в темноте.
— Но меня сопровождали во время поездки проводники-чаровники. У них были нормальные глаза.
— Проводники-чаровники? — переспросил Горек и расхохотался. — Ты не путай огневиков с чаровниками. Каждый чаровник — огневик, но далеко не каждый огневик — чаровник!
— Я это и без тебя понял, что колдовать могут лишь немногие из них. Но я видел, как проводники при мне накладывали чары.
— Колдовать могут и полукровки. Их ты и видел. Настоящих чаровников даже среди княжьих верховников нет, а ты говоришь проводники. Хотя это объяснимо, ты сам сейчас сказал, что для тебя любой, кто умеет накладывать чары — чаровник.
— Ну как бы это логично, — произнёс я, разведя руками.
— Для того, кто не знает правды.
— Так расскажи мне её уже наконец!
Горек кивнул, выдержал довольно долгую паузу, а потом заявил:
— Не могу.
— В смысле, не могу? — удивился я.
— Не могу я тебе такое рассказать.
— Но ты же дал слово.
— Я был уверен, что ты погибнешь, и мне не придётся его выполнять.
— Ничего так расклады вскрываются. Ты хочешь сказать, что пошёл со мной, будучи уверенным, что я погибну?
— Ну, хорошо, признаю, в этом я уверен не был. Но я был уверен, что гнездо ты не уничтожишь.
— И при этом пошёл со мной?
— Ну да, это же было весело.
— То есть, ты даже не допускал ситуации, что придётся рассказывать? — уточнил я. — Нет, не верю. Это слишком опрометчиво даже для тебя.
— Допускал небольшую вероятность, — признался Горек. — И если ты ещё не понял, то я объясню: гораны всегда держат слово! И уж тем более гораны королевской крови!
— Что-то не согласовываются между собой твои слова, — заметил я.
— Всё согласовывается. В случае успеха я планировал выкупить у тебя своё слово.
— Это как?
— Ты не знаешь, что значит: выкупить? Я дал тебе слово и должен его сдержать. Сам я не могу от этого отказаться. Но ты можешь избавить меня от обязательства, если не будешь требовать выполнения слова. Дать за это деньги и значит: выкупить.
— Но я не откажусь.
— Тогда я просто не расскажу. Без выкупа.
— Но ведь гораны всегда держат слово, ты сам это говорил. Только что!
Меня уже начало бесить это переливание из пустого в порожнее и увиливание королевича от выполнения обещания.
— Хорошо, — произнёс Горек, насупившись. — Я не хотел тебе этого говорить, но ты меня вынуждаешь. Да, гораны всегда держат слово. Поэтому я бы его тоже сдержал и всё тебе рассказал. А потом бы убил тебя. И всё. Тайна никуда бы не ушла. Прости, не хотел этого говорить, но ты вынудил.
— Ты хмельного напитка перепил, что ли? — спросил я.
— Разве что самую малость, — ответил королевич и расхохотался, однако мне было не смешно, Горек это понял и сказал: — Это я щучу. Я выкупил бы слово.
— А если нет?
— Что тебе важнее: узнать ответ на вопрос про чаровников или перейти через горы? — ответил вопросом на вопрос Горек.
— Сейчас даже и не знаю, очень уж ты меня заинтриговал, — признался я. — Но да, раньше сказал бы, что важнее перейти через горы.
— И я так думал. Я предложил бы тебе карту, проводника и нужные амулеты. У тебя не осталось бы выбора.
— Но твой отец уже обещал мне карту и проводника.
Королевич снова расхохотался и заявил:
— Он бы тебе ничего не пообещал, если бы передо мной стояла задача выкупить своё слово. Но это уже неважно, я в любом случае решил тебе всё рассказать. Ты не обычный человек, будет жалко, если тебя убьют чаровники. К тому же ты спас мне жизнь, и я должен помочь тебе сохранить твою. На это не так уж много шансов, если у тебя крепкая вражда с огневиками, но вдруг моя информация тебе хоть немного поможет.
— А как же клятва? — спросил я.
— Пойдём, — произнёс Горек, проигнорировав мой вопрос.
— Куда?
— Туда, где нас никто не увидит — в королевский дом.
— А поближе нет места, где нас никто не увидит?
— Нам предстоит долгий разговор, ты ведь не ограничишься одним вопросом.
— Ну в дом так в дом, — сказал я, вставая из-за стола.
Ушли мы, никого не предупредив. До самого королевского дома шагали молча; так же, не проронив ни слова, прошли в каминный зал — тот самый, где я показывал, как развожу огонь при помощи огнива. Горек кивнул на кресло, предлагая мне сесть — я сел. Королевич подошёл ко мне, встал напротив и достал из ножен кинжал.
— Ты всё же собрался от меня избавиться? — усмехнувшись, спросил я. — Только не перепутай последовательность: сначала рассказать, потом убивать. В противном случае ты не сдержишь слово.
Королевич никак не отреагировал на мои слова, он был крайне серьёзен.
