Повелитель Тайн полностью

На кисти действительно видны мозоли — эта девушка часто держит ручку, что выдаёт в ней писательницу...

Судя по движениям рук, она довольно сильная. Это не то качество, что ожидаешь от писательницы, только если она не тренируется. Возможно, мисс Уолл родилась такой или занималась чем-то другим в прошлом...

В Вилле Шторма она показала себя спокойной, рациональной и внимательной к деталям писательницей. Это должно быть связано с её прошлым занятием...

У неё расслабленный взгляд. Такое ощущение, что она смотрит на нас с Глейни свысока. Показывает превосходство потустороннего над простым человеком?

Если Глейни узнал о её силе случайно, тогда мисс Уолл должна чувствовать некоторую тревогу и беспокойство. В конце концов, она же не может предсказать его реакцию, а неизвестность вызывает страх.

Значит мисс Уолл сама пришла на встречу с Глейни, узнав о нашем увлечении. Она должна быть полностью уверена в том, что произойдёт дальше...

Почему потусторонний сам обратился к Глейни? Нужна материальная поддержка или ингредиенты, хранящиеся в сокровищнице? Или, возможно, помощь в чём-то другом...»

В этот момент, Глейни представил Одри Форс.

— Мадам, это мисс Одри, я упоминал о ней ранее, самая блестящая жемчужина во всём Баклунде. Её отец — граф Холл, доверенный советник Его Величества и уважаемый член кабинета министров.

— Добрый день, мадам Уолл. Вилла Шторма и по сей день занимает почётное место на моей книжной полке. — Одри, придерживаясь аристократического этикета, сделала реверанс.

Но молча добавила:

«Потому что я вот уже месяц не могу её закончить...»

Уолл повторила поклон:

— Добрый день, мисс Одри, ваша красота действительно впечатляет. Кажется, у меня появилась идея для нового романа. Хех, виконт Глейни утверждает, что у вас исключительный талант к музыке.

Они обменивались комплиментами, так как были на публике.

Увидев, что Уолл направляется к обеденному столу и присматривается к кремовому торту, Одри отвела от неё взгляд и направилась в гостиную вместе с Глейни.

Она вспоминала любую мелочь, которую только что видела, и пыталась понять цель этой женщины. Ей хотелось иметь хоть какое-то преимущество в будущих переговорах.

Сделав шаг вперёд, Одри, будучи совершенно спокойной, как и подобает истинному Зрителю, наступила на подол своего платья и чуть не упала.

Но личная горничная Энни подхватила её, помогая Одри не потерять равновесие.

— Мисс, это платье уникально, в нём нельзя ходить слишком быстро, — тихо прошептала она на ухо Одри.

— Я знаю, — покраснев, кивнула в ответ Одри.

«Я настолько увлеклась наблюдением за другими, что забыла смотреть себе под ноги...» — от обиды мысленно жаловалась Одри.

Весь вечер Одри сталкивалась со многими уважаемыми авторами, критиками и музыкантами, но всегда сохраняла свою нежную и утончённую улыбку.

Наконец, когда лицевые мышцы уже начинали болеть, она увидела сигнал виконта Глейни.

Выждав несколько минут, Одри извинилась за необходимость воспользоваться уборной, приподняла своё платье и встала, чтобы покинуть гостиную.

Убедившись, что никто не следил за ней, она направилась в кабинет на первом этаже и сказала своей горничной Энни:

— Мне нужно кое-что обсудить с Глейни. Последи за дверью. Не позволяй никому входить.

— Как скажете. — Энни не видела ничего странного в такой просьбе, поскольку она знала, что Одри и виконт Глейни разделяют схожие увлечения и обсуждают мистику в приватной обстановке.

Одри вошла в кабинет и заперла за собой дверь. Она увидела Глейни, сидящего за столом и играющего ручкой. Форс Уолл же стояла перед книжным шкафом, небрежно листая книгу.

— Представлю вас ещё раз. Мадам Форс, настоящий потусторонний. — Глейни положил ручку и подошёл к девушкам.

— Это правда? — Одри намеренно преувеличивала свои сомнения.

Форс вернула книгу на прежнее место, и обернулась с улыбкой.