Повелитель Тайн полностью

↑ Работный дом — это учреждением, где тем, кто не может обеспечить себя материально, предлагают жилье и работу.

Тинген, улица Нарциссов.

Клейн оставил записку, запер за собой дверь и поторопился к ждущему его на обочине Леонарду Митчеллу.

Короткие черные волосы Полуночного Поэта за этот месяц изрядно отросли, а то, что они не знали расчёски, делало его гриву весьма неопрятной.

Но, несмотря на все это, всклоченные волосы, изумрудные глаза и романтичный внешний вид дополняли его поэтический образ. Мужчина был красив какой-то другой, особенной красотой.

«Оказывается, правду говорят, что красавчику любая причёска к лицу...» — мысленно пошутил Клейн и указал в направлении улицы Железного Креста:

— Фрай ждёт нас там?

— Да. — Леонард разгладил незаправленную рубашку и спокойно сказал: — Ты что-нибудь заметил, когда перечитывал документы?

Клейн переложил трость в левую руку и продолжил идти по обочине дороги:

— Нет, я не нашёл ничего общего ни во времени смерти, ни в месте, ни даже в причине. Ты должен знать, что любой ритуал, вовлекающий призыв злых сущностей, проводится строго в определённое время или с применением специальных методов.

Леонард погладил револьвер, сейчас прикрытый его рубашкой, и усмехнулся:

— Это не всегда так. Судя по моему опыту, злых сущностей легко удовлетворить, если они сами заинтересованы в происходящем. Также добрая часть этих смертей кажется вполне естественной. Но, чтобы выяснить истину, мы должны проверить их все.

Клейн оглянулся на Леонарда.

— Видимо поэтому капитан и приказал провести расследование ещё раз. Чтобы исключить естественные случаи. Леонард, кажется, ты пытаешься намекнуть, что обладаешь большим опытом в подобного рода делах, но за четыре года работы в Ночных Ястребах со средним количеством инцидентов в два в месяц подобный опыт физически невозможно получить. К тому же большинство происшествий достаточно простые.

Он всегда считал, что Леонард немного странный и загадочный. Тот в чём-то подозревал Клейна, а также его поведение время от времени менялось. Иногда тихий, иногда высокомерный, иногда беспечный и иногда рассудительный.

«Неужели ты столкнулся с чем-то необычным? С чем-то, что заставляет тебя думать, что ты главный герой этой эпохи?» — Клейн ткнул пальцем в небо, опираясь на свой опыт просмотра фильмов и чтения новелл.

Но услышав этот вопрос, Леонард только засмеялся:

— Это потому, что ты не настоящий Ночной Ястреб, а всего лишь стажёр. Собор Безмятежности каждые шесть месяцев готовит подборку потусторонних случаев из разных городов. Помимо занятий мистикой, ты можешь подать прошение капитану на допуск за Врата Чаниса, чтобы прочитать все эти рассылки.

Клейн потрясённо кивнул.

— Капитан никогда не говорил мне об этом.

Клейн всё ещё не имел возможности проникнуть за Врата.

Леонард засмеялся:

— Я думал, что ты уже привык к его стилю. Не ожидал, что ты всё ещё наивно веришь, что он что-нибудь вспомнит... — а потом он многозначительно добавил: — Стоит опасаться того дня, когда он всё вспомнит.

«Он намекает на потерю контроля?» — Клейн кивнул с серьёзным выражением лица и решил поинтересоваться:

— Подобная забывчивость свойственна только нашему капитану? Я думал, это отличительный признак пути Бессонного.

Работа по ночам ведёт к потере памяти...

— Если быть точным, этот симптом уникален для Ночного Кошмара. Когда переплетаются грёзы и явь, сложно отделить одно от другого. Человек должен помнить вещи, что не являются частью нашего мира... — Леонард уже думал пуститься в пространные объяснения, но они прибыли на улицу Железного Креста и увидели ждущего на остановке Фрая.

На Сборщике Трупов была фетровая шляпа и сочетающийся с ней пиджак, а в руках — кожаный саквояж. Фрай был настолько бледен, что, казалось, был готов свалиться с ног в любое время. Его ледяная аура заставляла ждущих общественный транспорт людей сторониться его.

Кивнув друг другу, они молча миновали пекарню миссис Смирин и повернули на Нижнюю улицу.

И тут же в уши ворвался шум. Продавали всё что угодно — суп из моллюсков, печёную рыбу, имбирное пиво и фрукты. Торговцы бились в истерике, привлекая внимание покупателей, заставляя прохожих против собственной воли замедлить шаг.

Было чуть больше пяти. Люди возвращались с работы, и по тротуарам шёл нескончаемый людской поток. В толпе шныряли дети, а их холодные глаза бегали во все стороны, но почему-то больше всего их интересовали карманы прохожих.

Клейн частенько бывал здесь, когда покупал дешёвую уличную еду, поэтому ему хорошо знакома эта местность, особенно учитывая то, что он жил поблизости. Он предупредил коллег:

— Берегитесь воришек.

Леонард улыбнулся:

— Не волнуйся.

Он открыл револьвер на всеобщее обозрение.