Внезапно вокруг стало темно, и темнота поглотила весь приемный зал. В воздухе появилось бесчисленное количество черных и холодных нитей.
Они мгновенно опутали Мегоуз.
Это не было похоже на паутину, а больше на щупальца какого-то неизвестного существа.
Мегоуз выдрала себе глаз. Он висел на тонком «шнурке» нервов и плоти под её глазницей. Она с ненавистью смотрела на Данна.
— ТЫ УМРЕШЬ!
Бах!
Данн был отброшен бесформенной силой и тяжело ударился о противоположную стену. Стена треснула, и кирпичная крошка полетела во все стороны.
Он сплюнул полный рот свежей крови, но обе его руки всё ещё крепко держали шкатулку с прахом. Данн держался изо всех сил, лишь бы не отпустить артефакт.
Эти бесчисленные черные, холодные и гладкие нити затягивались и крепко связывали Мегоуз. Внезапно её кожа вспыхнула, словно ядовитое пламя, а из пор женщины стала выделяться жидкость, напоминающую по запаху серу. Но даже эта её мощная атака ничего не смогла сделать «щупальцам», удерживающим её.
— 3!
— 2!
— 1!
Клейн и Леонард одновременно выскочили из-за перегородки. У одного в руках была тонкая золотая пластинка, а у другого - толстый кровеносный сосуд, обмотанный вокруг запястья.
От обличья Мегоуз уже мало что осталось человечного. На её плечах с двух сторон выступала плоть и переплеталась с кровеносными сосудами, венами и нервами, превращаясь в две маленькие человеческие головки.
Над двумя этими «головками» в пространстве расползлись трещины, напоминая пару глаз.
Мегоуз внезапно заметила нападавших на неё Клейна и Леонарда и открыла рот. Уголки её губ расплылись до самых ушей.
Она собиралась наложить проклятие на каждого, кто попытается причинить вред её ребенку!
В этот момент Леонард сжал левую руку и запястьем сделал пол-оборота.
Его и без того бледное лицо стало ещё бледнее, и по нему проступили вены, словно пучки крошечных червей.
«…»
Проклятие Мегоуз застряло у неё в горле, и она не смогла его произнести.
Казалось, она потеряла способность говорить и вызывать проклятия.
Клейн воспользовался случаем и на древнем Гермесе произнес:
— Свет!
Тонкая золотая пластинка вспыхнула ослепительным светом, словно стала миниатюрным солнцем.
Клейн зарядил Амулет половиной своей духовной силы и бросил его в сторону Мегоуз.
Тьма и мрак осветились солнечным светом. Черные тонкие нити, опутывавшие девушку, сжались, словно встретили естественного врага.
Но прежде, чем Мегоуз успела освободиться, её озарил солнечный свет.
В какой-то момент драки в потолке образовалась дыра, сквозь которую можно было увидеть яркое голубое небо и яркий дневной свет.
Амулет соединился с дневным светом над головой Мегоуз, и интенсивность свечения тут же усилилась, из-за чего образовалась яркая светящаяся сфера с языками пламени по её окружности.
Грохот!
Все здание затряслось, даже стекла в окнах на соседних улицах разлетелись вдребезги.
Однако сила сферы никуда не рассеялась, а концентрировала всю мощь в своем ядре.
Свет окутал Мегоуз, и он был таким ярким, что Клейн, Данн и Леонард не могли открыть глаза.
Клейн наконец смог приоткрыть глаза. Он увидел, что свет рассеялся, но пламя все еще горело. А в воздухе летал пепел.
Мегоуз с её ребенком нигде не было видно. Так же не было и мебели - она вся сгорела.
«
Опыт видеоигр подсказывал ему, что с последним боссом так просто не справиться.
Внезапно у него по всему телу побежали мурашки. Его интуиция Клоуна подсказывала ему, что приближается страшная опасность!
Не раздумывая, Клейн резко отскочил влево.
В этот момент длинная рука с чрезвычайно острым лезвием из белой кости, казалось, появилась из ниоткуда. Клинок был невероятно быстр, и почти невозможно было уклониться от атаки.
Свист!
Правый бок Клейна разорвало, сломав даже кости.
Рана была настолько глубокой, что он почти видел одно из своих легких.
Если бы он не почувствовал приближение опасности заранее и вовремя не увернулся, этот удар разрубил бы его пополам.
Клейн замедлился. Дикая боль «взорвала» его разум.
Мимо пролетела чья-то фигура. Если бы не округлый живот, возможно, никто и не узнал бы в существе Мегоуз.
Ее волосы и платье были полностью сожжены. Кожа на ее лице и теле обуглилась до черноты. Ее нос расплавился, оставив после себя только две маленькие черные дырочки. А в пустых глазницах плясали белые язычки пламени.
Две «головы», торчавшие по обе стороны плеч Мегоуз, сгорели дотла. Ее левая рука превратилась в костяной клинок; он выглядел демоническим, но в тот же момент и святым.
Скрип!
Мегоуз игнорировала, что здание вот-вот рухнет, так же она не обращала внимание на Данна и Леонарда. Она собиралась вновь броситься на Клейна. Клинок уже был нацелен на горло парня.
Но… Внезапно она услышала голос проклятия.
— Подчинись!
