Леонард поднял левую руку и направил на Мегоуз. Запечатанный артефакт 2-105, обернутый вокруг его запястья, превратился из толстого бледного кровеносного сосуда в багровую «кишку», которая расширилась до такой степени, что, казалось, вот-вот взорвется.
Леонард, с помощью артефакта, успешно украл способность Мегоуз и попытался использовать ее силу, чтобы захватить контроль над ней.
Попав под проклятие, Мегоуз согнулась пополам. Черные нити вновь оплели её, словно нашли восхитительную добычу. Клейн, воспользовавшись случаем, откатился в противоположном направлении, оставляя за собой след свежей алой крови.
Перетерпев невыносимую боль и получив передышку, он сунул руку в карман и достал оттуда оставшийся Амулет Пылающего Солнца. 20
Когда Мегоуз наконец была скована, он собирался прикончить её раз и навсегда.
Если она доживет до того, как ребенок родится, все пойдет крахом!
Бум!
Голова Мегоуз взорвалась сама по себе. Плоть и кожа разлетелись во все стороны.
Но это позволило её обезглавленному телу стряхнуть с себя действие проклятия.
Бум!
Обугленное тело девушки, будто снаряд из пушки, полетело в сторону Леонарда. Его проклятие было насильно прервано, из-за чего Митчелл застыл на месте.
В этот момент Данн Смит все еще крепко держал шкатулку с прахом Святой Селены. Черные нити не успели схватить Мегоуз.
*Скрр*
Тело девушки врезалось в Леонарда, отбросив того к стене. Стена рухнула от удара.
Кости Леонарда затрещали, изо рта беспрестанно хлестала кровь. Даже не пытаясь сопротивляться, он мгновенно потерял сознание.
Мегоуз подняла свой белый костяной клинок, но бесчисленные черные нити, исходящие из шкатулки с прахом Святой Селены, снова окутали ее.
Не тратя времени на то, чтобы позаботиться о своих ранах, Клейн достал амулет.
Как раз, когда он собирался произнести заклинание, что-то внезапно прозвучало в темной комнате.
— Увааа!
Это был плач ребенка.
— Увааа!
Это был плач ребенка. Он извивался, желая прийти в этот мир и помочь своей матери.
Черные нити застыли, поскольку были подавлены невидимой силой.
— Увааа!
У Данна и Клейна одновременно закружилась голова. Они почувствовали, как их горло непроизвольно сжалось, перекрывая дыхательные пути.
Из их ноздрей, глаз и ушей текла темно-красная жидкость. Все их капилляры, казалось, лопнули.
Если бы Клейн не подвергался постоянным «пыткам», когда он перемещался между миром реальности и миром над серым туманом, он бы явно упал в обморок, как и Леонард.
Обезглавленное тело Мегоуз повернулось в сторону Клейна. Он видел, как её обугленная плоть и кожа осыпаются на пол.
Клейн внезапно почувствовал покалывание в голове и забыл о боли. Он «увидел», как его враг бросился на него, не давая времени произнести заклинание и бросить Амулет.
В тот момент, когда он уже собирался уклониться от атаки, Клейн заметил, что Мегоуз внезапно остановилась. Он посмотрел в сторону Капитана. Из спины Данна торчало множество толстых дергающихся щупалец.
Данн использовал свои способности Кошмара, чтобы замедлить Мегоуз.
БАМ! БАМ! БАМ!
От простого взмаха девушки, толстые щупальца взорвались.
Всю комнату забрызгало кровью, покрывая каждый уголок.
Данн не был разочарован результатом, потому что кровь была поглощена черными нитями, созданными пеплом Святой Селены.
Бесчисленные холодные, гладкие, похожие на щупальца нити пришли в неистовство. Они бросились вперед и крепко связали Мегоуз, обернувшись вокруг ее выпирающего, извивающегося живота.
Клейн нервничал. Он приготовился выкрикнуть на древнем Гермеса: «Свет».
— Увааа! Увааа! Уваааа!
Снова послышался плач ребенка.
Бесчисленные черные нити внезапно остановились и отступили, будто пораженные молнией.
Выражение лица Данна изменилось, когда он понял, что Мегоуз собирается освободиться. Без колебаний он поднял правую руку и вонзил её себе в грудь с левой стороны.
Он быстро вытащил правую руку, крепко сжимая пальцами окровавленное сердце. Это было все еще бьющееся сердце, которое принесло с собой безмятежность ночи и сон.
«
После этого, бесчисленные черные нити вновь начали атаку, и крепко схватили Мегоуз.
На этот раз они не ослабляли свою хватку, несмотря на крики ребенка. На самом деле, они даже запечатали ужасающие крики…
Слезы Клейна слились с его кровью. Он произнес на древней Гермесе: «Свет!»
Он вложил почти всю свою оставшуюся силу в Амулет, от чего чуть не лишился сознания.
Из последних сил Клейн швырнул Амулет Пылающего Солнца в Мегоуз.
Черные нити на этот раз не испугались света, будто им это кто-то приказал.
Тук! Тук!
Все ещё живое сердце Данна билось в шкатулке с прахом Святой Селены.
Солнечный свет снова проник сквозь дыру в потолке, как будто это была материальная колонна.
Столб света сосредоточился на Мегоуз. Он проник в обезглавленное тело, а затем взорвался ярким солнцем.
Грохот!
