Ему было понятно, что развязка «временной петли» была несложной. Однако он также понимал, что на нахождение этого способа у него ушли бы десятки, если не сотни попыток.
Ко всему прочему, он также рисковал своей жизнью. В конце концов, он не был уверен, повторилось бы вспять время, умри он в одной из своих неудачных попыток.
Что еще более серьезно, так это то, что они могли навечно застрять в той петле, если бы Деррик умер. И никто бы не ответил на вопрос, что же сталось с исследовательской группой, во главе которой находился Глава Старейшин, Колиан Илиад.
Хорошенько подумав о произошедшем, Деррик от всего сердца поблагодарил Мистера Шута, за то, что сохранил ему память и дал подсказку к спасению.
Оглядевшись, он заметил, что Джошуа и остальные, казалось, были в полном порядке. Они, согласно всем правилам, осматривали темный зал, на предмет полезных для исследования материалов.
Возможно, лишь вернувшись домой, они поймут, что потеряли несколько дней своей жизни… — молча размышлял Деррик.
Колиан Илиад подошел к мальчику и вынул из своего пояса еще одну склянку. Он вылил густую черную жидкость на раскромсанную грудь Джека.
Жидкость та быстро сконденсировалась и превратилась в полупрозрачную мембрану, препятствовавшую кровотечению.
— Хаим, Джошуа! Вы оба отвечаете за мальца, — подавив дрожь в руке, приказал Колиан.
Мальчик по имени Джек для него был светом в конце тоннеля. Он понимал, что нашел ключ к спасению Города Серебра от напророченного апокалипсиса!
Деррик, завидев обороты событий, хотел было как-нибудь незаметно отблагодарить Шута, но потом вспомнил, что тот не имел никаких молитвенных жестов.
…
Район Императрицы, в имении графа Холла.
Роскошный стол, заставленный всевозможными яствами, украшался светом свечей.
В отличии от того, как представлялся ужин аристократов в газетах и журналах, прием пищи знатных особ не отличался особой серьезностью. Сидящие за столом как обыкновенные люди непринужденно беседовали на отвлеченные темы и веселились.
Одри, отрезав кусочек бифштекса, заметила необычное выражение лица своего отца и неприкрытым любопытством спросила его:
— Отец, а что там произошло с принцем Эдессаком Августом?
Если его ответ был бы таким же непринужденным, как и весь тот вечер, то Одри объяснила свой неожиданный интерес тем, что недавно слышала какие-то странные и безосновательные слухи.
Эрл Холл помолчал с пару секунд, а затем подняв брови спросил свою дочь:
— А ты что-то слышала о нем?
Что-то действительно случилось! — Посчитала Одри и улыбнулась отцу.
— Какие-то слухи… Они правдивы?
— На самом деле, все не так уж и серьезно, как об этом болтают… Одри, я знаю, о чем ты думаешь, поэтому мне нет нужды от тебя что-то утаивать. Я полагаю ты говоришь об относительно обыкновенном для королевской семьи скандале. Иными словами, ты хочешь спросить меня о том, правда ли то, что принц Эдессак влюбился в простолюдинку. Во всей этой истории замешана смерть одного относительно важного дворянина. Королевская семья не желает распространяться, касаемо сложившейся ситуации.
Жена Эрла Холла сделал глоток из бокала с шампанским и добавила:
— Похоже, Эдессак Август еще недостаточно зрел.
Мама всегда отличалась особой тактичностью, когда намеревалась воткнуть в кого-нибудь шпильку… Хм, неужели принц Эдессак действительно замешан в чем-то очень серьезном и опасном для всего Баклунда?
— Это очень странно. Как же смерть постороннего аристократа может быть связана с любовью между принцем и простолюдинкой? — С улыбкой вопросила Одри своего отца.
Хибберт Холл, опустив голову к своей тарелке, вслух предположил:
— Все это напоминает мне хитросплетенные любовные истории, которые так любят рассказывать последователи Повелителя Бурь. В их рассказах всегда кто-то сражается за свою честь или за леди.
— Этим историям уже самое место в музее, — опроверг Эрл Холл слова своего старшего сына.
— Я не думаю, что принц Эдессак такой человек, брат. Тем более, слухи о нем уже вовсю расползлись… Быть может, они скрывают что-то еще…
— Может быть да… А может быть нет… — невольно нахмурился глава семейства.
Зная, когда следовало останавливаться, Одри больше ничего не говорила про принца и потворствовала общей беседе перейти в совсем другое русло.
Она также планировала «прощупать» своих благородных друзей, задавая подобные наводящие вопросы и им. Как бы то ни было, она была той самой девушкой, за которой ухлестывал принц, что в свою очередь, объясняло ее необычный интерес к личной жизни Эдессака Августа.
…
Не в состоянии подолгу пребывать в искусственном сомнамбулизме, Эмлин Уайт вернулся к реальности. Раскрыв глаза, он уставился на черный гроб, а затем с помесью облегчения и разочарования произнес:
— Лорд Ниббс. Шут мне не ответил.
После долгого молчания Ниббс наконец отозвался из своего кованного железом гроба:
— Все в порядке. Пробуй еще раз, но будь здесь, чтобы быть в безопасности.
— Хорошо, — не став настаивать на обратном, отозвался Эмлин.
