Что касалось уровня сил Мэйсанчеса и Контр-адмирал Эдвина Айсберг, и Адмирал Звёзд Каттлея упоминали, что он на Последовательности 5, правда, ни одна из дам не оговорилась, какого пути, поскольку те силы, которые демонстрировал этот здешний генерал, в основном были связаны с духами, но он носил с собой некий мистический предмет с пути Смерти.
– Добрый день, Ваше Превосходительство, – Клейн снял цилиндр, приложил руку к груди и поклонился.
В этот миг он почувствовал, как на нём останавливаются взоры, идущие неведомо откуда, словно блики света, промелькнувшие по фигуркам золочëных ангелочков, солнечный свет, преломлëнный цветными стёклами или яркий блеск гладко отполированного мрамора.
– Приветствую вас, мистер Дантес, – отвечал Мэйсанчес на дутанском.
Усвоив дутанский через марионетку, Клейн вполне естественно его понял. А чем дольше находился на Южном континенте, в Восточном и Западном Баламе, тем больше сходства обнаруживал между дутанским и древнефейсакским языками.
Хоть эти два языка относились явно к разным ветвям, отчего Клейну пришлось бы много труднее, начни он по-настоящему учить дутанский, но в некоторых частностях они были на удивление похожи, словно происходили от одного предка.
Клейн знал наверняка лишь о том, что этот язык не потомок йотунского.
Притворяясь, будто ничего не заметил, Клейн как ни в чëм не бывало, продолжал лёгкую светскую беседу с Мэйсанчесом, пока тот не заговорил на тему сделки:
– Сколько у вас всего товара?
Клейн засмеялся и отвечал:
– Запросто можно будет вооружить три-четыре тысячи человек. И вдобавок будут несколько пушек.
Мэйсанчес помолчал и сказал:
– Назовите свою цену.
Клейн притворился, будто раздумывает, и ответил:
– Если желаете, чтобы я отправил товар в Северную провинцию, то цена будет пятьдесят тысяч фунтов. Если пришлёте войска, которые заберут у меня товар и возьмут на себя ответственность за последующие перевозку и безопасность, то стоить будет всего сорок тысяч фунтов.
Мэйсанчес подумал и выбрал:
– Второе. Берите первоначальный взнос и идите с моими людьми. Как только они увидят товар и перенесут в наши повозки, заплатят остаток.
После небольшой паузы добавил:
– Но, правда, у меня не так много лоэнских золотых монет.
– Так у тебя маловато иностранных резервов... – Клейн огляделся вокруг и проговорил с беззаботной улыбкой:
– Вы можете мне выплатить прямо золотыми монетами или даже слитками золота, или золотыми кирпичами.
Мэйсанчес был довольно решителен. Не тратя времени, кивнул и отвечал:
– Договорились. Велю Хэггису вам завтра привести вам моих людей и доставить деньги.
– Неплохо. Нравится мне вести дела с людьми, которые не торгуются... – Вздохнул было про себя облегчённо Клейн, а потом стал подозревать, что слишком уж занизил цену.
После того, как Клейн покинул резиденцию генерала, Мэйсанчес вдруг посмотрел вверх и спросил там стоящего человека:
– Ваше Превосходительство Люкка, вы этого человека ждёте?
Этажом выше над прекрасной лестницей медленно показалась фигура.
То был старец в белом одеянии с вшитыми полосами жёлтой меди. Серо-зелёные глаза этого старца были глубоки до бездонности.
Он отвечал неторопливо:
– Никак не могу сказать наверняка. Хоть моё пророчество и говорило, что я за следующие два дня встречу здесь человека, который разрешит мои будущие затруднения, но вот этот слишком обычен. Кроме того, что он Потусторонний, ничего больше примечательного и нет. Разумеется, более глубоко проникнуть в истинное положение вещей я не могу. Возможно, за ним и стоит какая-нибудь сущность, что, по крайней мере, не слабее меня.
Проговорив это, медленно спустился и через несколько секунд добавил:
– Я попытаюсь с помощью сновидения выяснить, можно ли мне разузнать побольше.
– Вам нужна для этого особая комната? Могу подготовить, – почтительно поинтересовался Мэйсанчес.
Люкка покачал головой.
– Мне хватит этой комнаты для занятий. Хмм... Наилучшее время наступит через четыре часа. До этого прошу меня не беспокоить.
Сказал это и зашёл в комнату, опустился на диван, прилëг. Расслабился, закрыл глаза и затих.
И лишь когда понемногу стемнело, пожилой джентльмен заснул.
Во сне он обнаружил себя стоящим в зале генеральской резиденции, на первом этаже, на ступеньках прекрасной лестницы. Сбоку стояли Мэйсанчес и многочисленная охрана.
Человек средних лет по имени Дуэйн Дантес стоял напротив него, и тут вдруг изогнул губы и заулыбался, широко, преувеличенно.
Взлетели языки пламени и сверху посыпались покерные карты.
Зелёные глаза Люкки вмиг помрачнели, а Дуэйн Дантес всём телом повалился в странную только что возникшую тьму.
Пожилой джентльмен в белых одеждах тотчас раскинул в стороны руки, и на груди его показалась тёмная воронка.
Воронка расширилась и поглотила Дуэйна Дантеса.
Не успел Люкка понять, что к чему, как почувствовал нечто. Обернулся в сторону и увидел, что лицо Мэйсанчеса извивается и вытягивается в длину, и вот он вмиг становится Дуэйном Дантесом.
И почти одновременно Хэггис и вся присутствующая охрана превратилась в Дуэйнов Дантесов. И всё устремили взоры на Люкку!
