Бóльшая часть его прежних накоплений пошла на признак Потустороннего Друида, и Фрэнк даже продал кое-что из своих предметов.
Каттлея вновь замолчала. А через несколько секунд под выжидающим взглядом Фрэнка кивнула.
– Хорошо.
...
Северный округ, клиническая больница при Бэклэндском медицинском университете.
Юдора лежала на постели с безразличным, бессмысленным выражением лица, и не было в ней уже той живости, какая бывает в молодых девушках.
Юдора вышла из комы какое-то время назад, но ещё не открывала глаз. И потому слышала, как доктор говорит её родителям, что ранение правой ноги, полученное во время воздушного налёта, скорее всего, неизлечимо, и им нужно готовиться к процедуре ампутации.
После этого Юдора лежала как в дурмане, и ей казалось, что рядом ходит туда-сюда друг за другом множество людей. Среди них была особа, сначала навещавшая только студента в палате по соседству – директор Лоэнского благотворительного фонда Одри, и она, услышав о Юдоре, изъявила желание оплатить её дальнейшее лечение. Ректор университета, мистер Портленд Момент, пообещал создать для Юдоры по последнему слову техники удобнейший роботизированный протез, чтобы могла ходить как нормальный человек.
Но ничто из этого не развеяло мрак, тягость и отчаяние на душе у Юдоры.
Ей не было и восемнадцати, и всё наслаждение красотами жизни было впереди, но теперь девушка готовилась лишиться ноги и распроститься со своими мечтами.
Семью Юдоры нельзя было назвать богатой. Отец девушки был владельцем бакалейного магазина, верующим в Повелителя Штормов. То был резкий, агрессивный, варварского нрава мужчина, не желающий мирно договариваться с женщинами. Мать Юдоры была застенчивой, боязливой, слабой, и полностью полагалась на отца, не способная без него выжить. Не будь в семье второго ребёнка, Юдора вовсе не смогла бы учиться. Но несмотря на это, отец выбрал такое место, как Бэклэндская техническая школа, где можно было быстро увидеть результаты.
Прежде Юдора с восторгом отзывалась о том, как ей повезло, что Бэклэндскую техническую школу превратили в Бэкландский Технологический Университет, да к тому же, что сдала экзамены и стала настоящей студенткой университета. От этого у Юдоры на лице во всякий день сияла улыбка, и девушка заражала радостью людей вокруг, да ещё и находила время, чтобы предаваться своему увлечению поэзией.
Мечтой Юдоры было остаться в университете, стать там преподавательницей, а заодно найти мужа, который любил бы её так же, как она любила его. И одновременно иметь возможность постоянно оставаться верной своим устремлениям и поискам в поэзии, надеясь, что её стихи когда-нибудь будут публиковаться в журналах и газетах.
А теперь всё это было разрушено упавшей с неба бомбой. С беспощадной жестокостью разрушено.
Прошло неизвестно сколько времени, и Юдора тихонько подтянула одеяло, прикрыла лицо. Издала негромкий всхлип, похожий на вскрик какого-нибудь зверëныша.
Какое-то время Юдора плакала и не могла остановиться. Чуть погодя вдруг подняла одеяло и увидела, что у её кровати стоит чёрная фигура.
Половина лица у чёрной фигуры была поросшая грибами, а другая половина – сорной травой. В руке фигура держала деревянную трость.
Юдора не могла даже закричать. Чувствовалось, будто у неё сердце вот-вот выскочит из груди.
Чёрная фигура тронула Юдору кончиком трости.
Юдора почувствовала, что сердце её успокаивается, снова бьётся ровно, как обычно, а в левой ноге ощутила холод, словно к ней возвращалась чувствительность.
Когда Юдора вновь посмотрела в бок кровати, черного силуэта там больше не было.
Ошалевшая Юдора подвигала правой ногой и поняла, что это совсем не больно. Словно и не была ранена вовсе.
Юдора снова натянула на себя одеяло, прикрыла лицо.
Через несколько секунд она что-то недоверчиво пробурчала под одеялом. Голос её был полон страха, но одновременно мешался с плачем, и то были слëзы радости.
Глава 1090 - Истории с привидениями
Ночь, гавань Притц, на пригородном кладбище.
Людей, погибших от бомб с воздушных кораблей, несли сюда. Священники и епископы трёх Церквей заняты были утешением и упокоением душ усопших, чтобы не случалось ничего сверхъестественного.
В тот недолгий день многие жëны лишились мужей, многие дети потеряли матерей, многие семьи сократились до одного человека. Некоторые из этих людей шатались по кладбищу – кто-то молча, остальные рыдали. Кто-то плакал даже до потери сознания.
Клейн с обычным выражением лица стоял среди них и наблюдал всё это, не проронив ни слова. Словно припоминал похороны, на которых когда-то был.
По наступлении темноты он Тростью Жизни исцелял раненых в разных больницах Бэклэнда и гавани Притц, жертв воздушного налёта, и только что закончил. Заодно оставил странную и ужасающую городскую легенду о себе, чтобы помогла дальше усваивать зелье Странного Колдуна.
