– Пожалуйста, сообщите Королеве Тайн, что я хотел бы с ней встретиться, поговорить кое о чём. Точное время и место пусть назначит она.
– Королева Тайн? Так значит, мадам Отшельник представляет королевский род, правящий в Пяти Морях... – Леонард, сначала было, изумившись, затем стал понимать.
– Что же такое? – Каттлея чуть нахмурилась опасливо.
– Я передам ей ваши пожелания, но не обещаю, что она согласится.
– Хорошо, – Мир чистосердечно кивнул, мол, его это устраивает.
Тут Деррику, наконец, выпала возможность спросить, и он обратился:
– Уважаемые...
Взглянул на мистера Висельника и мистера Мира, затем продолжал:
– Ритуал, необходимый для моего продвижения в Жрецы Света, требует чистой тьмы. Мне нужно будет зарыться всем телом в лëд, который в обычных условиях не тает. В Серебряном Граде трудно найти такой лёд. И как же нам создать чистую, но безопасную тьму?
– Так вот каков ритуал продвижения в Жрецы Света. Солнышко, конечно, честен и простосердечен... – Одри тут не хватало опыта и знаний, и она не могла посоветовать ничего существенного. Ей только и оставалось, что устремить взор на того, кто, как она считала, мог разрешить эту проблему, Мира – мистера Германа Воробья.
А Мир в этот миг поднял руку, потëр виски. Клейн же пытался поскорее придумать решение.
– Эх, будь это внешний мир – там чистую тьму найти легче лёгкого. А вот лёд, не тающий в обычных условиях, найти будет более чем затруднительно, но вот в Серебряном Граде совсем наоборот... Там тьма чересчур опасна. Едва окажешься в ней, и рискуешь исчезнуть либо пострадать от нападений странных чудовищ...
Могу велеть Леонарду принести амулеты царства Вечной Ночи, а потом пробудить некоторые силы таинственного пространства над серым туманом. По молитвам Солнышка могу предоставить зону искусственной тьмы. Но тут проблема во мне, я не способен определить, принесёт ли она с собой ту обычную опасность, с какой сталкиваются жители Серебряного Града. Гаданием же на это ответа не дать. Когда в делах я сам не участвую, то могу лишь определить, опасно ли дело, или когда нужно его делать. А в таких обстоятельствах слишком много всего замешано, и источники опасности разнообразны...
Да, вызову, пожалуй, Арродса и спрошу его...
Клейн прежде раздумывал над проблемой продвижения Солнышка, но так и не нашёл ответа.
Видя, что Мир молчит, Леонард, хотевший было сказать, что "создать чистую тьму проще простого", медленно прикрыл рот. Стал размышлять над тем, что сказал Солнце, и заметил слово, на которое не обратил внимания - безопасная!
– В Земле, Забытой Богами, в Серебряном Граде, тьма равна опасности? – Леонард примерно уловил ключевую мысль, но поскольку не понимал до конца, предложить ничего не мог.
Наконец заговорил никто иной, как Алгер.
Он взглянул на Деррика и отвечал:
– Я помогу вам собрать сведения и отыскать решения. Но в это время вам, возможно, самому нужно будет мне как-то помочь проверить, можно ли это всё сделать.
– Не вопрос! – отвечал Деррик без колебаний.
И сразу добавил:
– Спешить с этим не нужно. У меня ещё где-то месяц на окончательное усвоение зелья Нотариуса.
Алгер легонько кивнул: мол, знаю, и не нуждаюсь в напоминаниях.
Тут Каттлея на миг задумалась и сказала Деррику:
– Быть может, взглянем на проблему под другим углом. Ваш ритуал продвижения продлится не слишком долго. Мы можем просто сделать так, чтобы вы продержались дольше в чистой тьме, чтобы этот вопрос разрешить.
Помню, вы оговаривались, что оставаясь в темноте, при отсутствии света, подвергаешь себя двум опасностям. Первая – нападения странных чудовищ неведомо откуда, а вот вторая – необъяснимое чувство, что исчезаешь, как будто испаряешься.
Первое решается легко. Можете запросить у своего Главы определённые Запечатанные Артефакты, можете позвать его, чтобы был при вас и охранял. Ну а о втором я маловато знаю. Можете попробовать спросить у Главы.
Деррик об этом, как следует, поразмыслил, и вдруг почувствовал, что эти рассуждения резонны, имеют право на существование, в них заложен довольно немалый шанс на успех.
И тотчас отвечал, приятно удивлённый:
– Благодарю, мадам Отшельник.
Прошли отделения обмена, обучения, и вот постепенно собрание близилось к концу. Видя, что пора, Клейн легонько постучал пальцами по углу стола.
– Давайте на этом сегодня завершим наше собрание.
– Ваше желание для нас закон! – встали и поклонились почтительно Одри и сотоварищи.
После того, как они исчезли из пространства над серым туманом, Клейн ушёл оттуда сам, вернулся в реальный мир.
И первым делом достал портмоне, а из него – бумажного журавлика, сложенного Уиллом Осептином. Разложив журавлика на столе, взял карандаш и написал просто: "Что-то есть!".
Сложив журавлика и убрав под подушку, Клейн улёгся в постель и от души прикорнул послеобеденным сном.
В своём туманном сне Клейн снова увидел чёрные-чëрные равнины и высящуюся среди них остроконечную башню.
Пройдя сквозь равнины, через деревянные двери, Клейн оказался у знакомого уголка.
