– Новый Бог во плоти вновь среди нас! – неожиданно прервав песню на полуслове, пронзительно воскликнул Ир. – Так примем же посланца Вечных и Сияющих небес со всеми подобающими ему почестями! И сегодня же преподнесём ему в жёны нашу Божественную повелительницу, дабы в священном сем союзе смогли они зачать законного наследника и будущего повелителя Союза племён вечного сумрака!
– А моё собственное мнение насчёт этого тебя совершенно не интересует, жрец?!
Повернув голову в сторону возмущённого возгласа, Гэл даже не сразу смог распознать Гиту, стоящую у самого входа. Да и узнал он её не по одежде (ибо на Гите был простой белый плащ, ничем не отличающийся от плащей всех остальных членов Совета), а потому лишь, что Божественная повелительница эльфов почти на голову возвышалась над окружающей её толпой.
Бесцеремонно расталкивая явно обескураженных советников (впрочем, они и сами поспешно старались уступить ей дорогу), Гита двинулась в сторону Верховного жреца, немало, кажется, удивлённого этим её внезапным появлением. Впрочем, многоопытный Ир тут же овладел собой и слегка поклонился юной своей повелительнице.
– О, Божественная! – произнёс он слащавым тоном, в котором, впрочем, явственно слышалась некоторые нотки досады и даже раздражения. – Наконец-то ты откликнулась на мой отеческий зов и явилась сюда!
– Я явилась сюда вовсе не на твой отеческий зов, жрец! – повелительным и не терпящим возражения тоном произнесла Гита. – Я пришла, дабы по праву, мне принадлежащему, возглавить очередное заседание Высшего Совета! И может, ты всё же отойдёшь чуть в сторону, жрец, – добавила она язвительно, – и дашь мне возможность пройти к моему законному месту?!
Ничего на это не отвечая и вторично склонив голову в, пусть незначительном, но всё же поклоне, Верховный жрец сделал шаг в сторону. А Гита, Божественная повелительница сумеречных эльфов, молча пройдя мимо его, так же молча опустилась на золочёное сидение левого трона. При этом она даже не взглянула в сторону странного эльфа, молча стоящего подле спинки правого, более массивного трона.
Трона, на котором время от времени приходилось восседать и самому Гэлу, во время нечастых посещений им зала заседаний Совета.
– Теперь можешь продолжать, жрец! – всё так же повелительно обратилась Гита к Иру. – Итак, о чём шла речь на Совете перед самым моим появлением? Если я не ошибаюсь, о моём скором замужестве? Но, позволь тебе напомнить, что у меня уже есть муж, который достался мне, если не ошибаюсь, с единогласного одобрения всех членов Высшего Совета! В том числе и с твоего отеческого благословения, Верховный жрец!
«Молодец, девочка! – с удивлением и невольным восхищением подумалось Гэлу. – И что ты на это скажешь, Верховный жрец?»
Но Ир уже полностью овладел собой. И в голосе его, когда он, наконец, заговорил, слышалась не злость и досада, как ранее, а лишь любовь и сожаление. Великая любовь и великое сожаление… и ничего кроме…
– Бедное заблудшее дитя! – надрывным, трагическим даже шёпотом произнёс Верховный жрец. – Вижу, сколь сильно завладел невинной твоей душой этот чёрный посланец злых сил! И мне трудно винить тебя в этом, дитя моё, ибо и я сам, и все мы…
Произнеся это, Ир вдруг замолчал и окинул пронзительным взором враз притихший зал.
– Все мы, – продолжил он всё с тем же трагическим надрывом в голосе, – жестоко обманулись, приняв самозванца и лжепророка за представителя Вечных и Сияющих Небес! И хорошо ещё, что сами Небеса, в великой милости своей, помогли нам преодолеть пагубное сие ослепление и послали, наконец, истинного своего посланца в подземные наши чертоги! Вот он, перед вами, новый Бог во плоти, во всём подобный великому и несравненному Нуру! Или кто-либо из вас осмелится отрицать божественное сие сходство? – закончил он грозно.
Таких смельчаков в зале не нашлось. Потупив головы и тихо переговариваясь, советники и жрецы явно ждали от Верховного жреца продолжения, и он, естественно, тут же продолжил обличающую свою речь.
– Итак, где он сейчас, этот лжепророк, именующий себя Гэлом?! – грозно возопил (вернее, прохрипел) Ир, вскидывая над головой руку с посохом, так, словно грозя этим посохом кому-то невидимому. – Где тот, кого мы так неосмотрительно вознесли на самую вершину власти и даже отдали ему в жёны самое драгоценное, что у нас имелось, нашу несравненную Гиту, единственную дочь ушедшего Бога во плоти?! Почему этот самозванец не явился сюда, хоть я несколько раз посылал за ним верных своих жрецов с приглашениями!
«Вот же врёт!» – невольно подумалось Гэлу.
– А я скажу вам, почему этот Гэл не явился сюда! – продолжал хрипеть Ир, по-прежнему угрожающе вздымая посох над головой. – Он понял, что вот-вот будет разоблачён, и потому трусливо сбежал! Но чёрному посланцу не уйти от праведного возмездия, и в этом нам милостиво согласился помочь новый Бог во плоти!
В это время Гита поднялась с трона. И, вскинув вверх правую руку, в знак того, что будет говорить, подошла к жрецу.
