И почти одновременно с этим общий вопль боли и ярости, казалось, потряс расщелину. Пятеро воинов упали замертво, шестой, получивший стрелу в живот, немногим от них отличался, корчась на земле от невыносимой боли. Все до одной стрелы нашли свои жертвы, но на долю одного из воинов пришлось сразу две стрелы.
Как бы там ни было, количество врагов враз уменьшилось более чем наполовину. Правда, и оставшегося их количества было более чем достаточно для одного противника, так как у Гэла совершенно не было времени заряжать вновь арбалет. К тому же, в запасе у него осталось лишь несколько длинных одиночных стрел…
Отбросив в сторону бесполезный теперь арбалет, Гэл выхватил из ножен меч и быстро, пока ещё оставшиеся в живых противники не полностью пришли в себя, бросился в их сторону. Один из воинов метнул в сторону Гэла дротик, да второпях промахнулся, второй, отчаянно что-то выкрикивая, бросился навстречу ему с копьём наперевес.
Хладнокровно выждав, Гэл быстрым, заученным движением ушёл от разящего удара копья и тут же сделал короткий ответный выпад мечом. Выпустив из рук копьё и схватившись обеими руками за разрубленное горло, вражеский воин тяжело рухнул прямо к ногам Гэла. А на его месте вдруг оказались сразу два воина, при этом в руках одного из них, вожака, имелась внушительного вида дубина. Второй воин был вооружён тяжёлым деревянным копьём, но нападать на Гэла в одиночку он так и не решился. Вместо этого, оба воина принялись теснить своего противника к плоской и почти отвесной каменной стене…
Их не совсем понятный манёвр Гэл смог по достоинству оценить лишь тогда, когда плечи его коснулись холодного этого камня, и отступать дальше оказалось совершенно некуда. Остановившись с мечом в руке, Гэл занял оборонительную позицию, но и оба воина тоже остановились, угрожая ему, одновременно, и справа, и слева. А третий воин уже приближался к ним, зажав в мощной волосатой руке дротик и изготовив его, таким образом, для последнего решающего броска.
Гэл понял, что погиб. И молил Высокое Небо о том лишь, чтобы, поразив его, враги, покинули эту расщелину, не продолжая тут более своих поисков. Ведь они-то искали его одного – вот и нашли… что им ещё надо? Пусть убираются себе восвояси и оставят Геру в покое!
И, словно в ответ на эти его невесёлые размышления, тоненькая и почему-то совершенно обнажённая фигурка девушки появилась всего в каких-то двадцати шагах от них.
– Эй вы! – звонко выкрикнула Гера. – Давайте сюда! Я здесь!
Третий из вражеских воинов и в самом деле тут же рванулся в её сторону, несмотря на гневные возгласы вожака. Он приближался к девушке, возбуждённо и алчно рыча… он даже дротик свой уронил за ненадобностью…
– Зачем, Гера?! – отчаянно выкрикнул Гэл, бросаясь с мечом на правого из двух, окруживших его воина. – Беги! Да беги же ты!
Но Гера не стала убегать. Она лишь наклонилась – и в руках девушки сверкнул вдруг медными своими деталями арбалет. Заряженный.
Звонко тренькнула тетива, и спешивший к девушке воин рухнул навзничь с арбалетной стрелой в груди. А Гера дрожащими руками вновь принялась поспешно заряжать оружие.
Но Гэл ничего этого уже не видел, не до того ему сейчас было. Он сошёлся в рукопашную с обоими своими противниками и в воздух одновременно взметнулись меч, копьё и дубинка. Обладателя копья Гэл сумел обезоружить, ранив его в руку и заставив выпустить оружие, но в это же время получил удар дубиной по голове. Правда, Гэл успел-таки отклониться в сторону, и удар этот вышел не в полную силу, скользящим. Но и скользящего этого удара вполне хватило, чтобы в голове Гэла всё померкло и помутилось, меч выпал из ослабевшей руки, а ноги как-то сами собой обмякли и подкосились. Уже падая, он успел ещё ударить трезубцем в горло раненого воина, но увернуться вторично от, взметнувшейся над самой его головой дубинки Гэлу уже было не суждено. Это была смерть, летящая сверху, и Гэл уже ждал её, сожалея не о себе даже, о Гере, которой он обещал помощь и поддержку, да так и не сумел выполнить этого своего обещания…
И вдруг, словно сама по себе, в широком, приплюснутом лбу вожака возникла арбалетная стрела. И почти сразу же он, выронив дубинку, тяжело рухнул ничком прямо на Гэла. Совершенно ошеломленный таким неожиданным поворотом дела, тот даже не попытался отклониться в сторону.
Вожак оказался на удивление тяжёлым, и Гэлу не сразу даже удалось сбросить его с себя. Вскочив, наконец, на ноги, Гэл первым же делом подхватил оброненный свой меч. Принял боевую стойку, настороженно осмотрелся по сторонам…
Но воевать больше было не с кем. Противники, все до одного, валялись на земле мёртвыми или тяжело раненными, а к Гэлу уже приближалась Гера. Одетая. С арбалетом в правой руке. В левой же руке девушки был тяжёлый заплечный мешок Гэла, который она, впрочем, не несла, а с явным усилием волочила за собой.
Увидев, что Гэл встал, Гера выпустила и арбалет, и мешок, и почти бегом бросилась к нему.
– Ты цел?! Не ранен?
