К сожалению, они оказались правы. Не привыкшая, как и почти все женщины долины, к длительному бегу, Гера начала постепенно сдавать. Она тяжело дышала, ноги девушки, раз за разом, заплетались в высокой траве, и вскоре Гэлу пришлось, бросив все вещи, почти силой волочь изнемогшую свою спутницу за собой, что тоже не способствовало скорости бега…
Обернувшись на бегу, Гэл заметил, что преследователи, порядком уже отставшие, постепенно начинают сокращать дистанцию.
– Не могу больше! – прошептала Гера, из последних сил стараясь не отстать. – Брось меня!
– Ну что ты, малышка! – немного сбавив темп, Гэл вновь обернулся и с горечью обнаружил, что передние из преследователей уже совсем близко. – Неужели ты так плохо обо мне думаешь?
– Глупо погибать обоим!
Она, разумеется, была права, но правота эта была какой-то неправильной. Во всяком случае, она была не для Гэла…
– Или убей меня сам! Правда, убей! Только не отдавай им!
А это, и в самом деле был выход! Убить её… а потом и самому броситься навстречу многочисленным этим врагам и…
– Что это?! – испуганно воскликнула вдруг Гэла, останавливаясь. – Кто это там?!
Впереди их из густой высокой травы поднялась вдруг приземистая фигура гнома с арбалетам в руке, за ним другая, третья… Передний из гномов вскинул вдруг арбалет и прицелился в Гэла.
– Ложись! – крикнул Гэл и упал, увлекая за собой девушку. – Держи! – он торопливо сунул ей арбалет, а сам вытащил из ножен меч.
Преследователи были уже совсем близко. Заметив впереди гномов, они дружно завопили. Над головами Гэла и девушки пролетел вдруг дротик, за ним другой…
И, словно в ответ на это, целый ливень арбалетных стрел обрушился на чужаков. И тотчас же с их стороны донеслись отчаянные вопли, полные боли и ярости. А стрелы всё продолжали и продолжали лететь, из чего Гэл сделал вывод, что гномов тут тоже довольно значительное количество.
Впрочем, ни Гэлу, ни девушке это не сулило ничего хорошего. Горные луга считались уже территорией гномов и люди старались сюда не заходить, так что желать гномам победы у Гэла не было ни малейшего даже резона.
Точно так же не было у него и никакого резона желать победы людям, только что их преследовавшим.
Наверное, людей тут было всё же намного больше, нежели гномов, ибо, несмотря на огромные потери, они всё продолжали своё наступление, и вскоре и справа, и слева от беглецов послышались характерные звуки рукопашной схватки. Чуть приподнявшись в траве, Гэл осторожно осмотрелся по сторонам.
Гномов было десятка два, не больше, почти столько же было и оставшихся в живых людей. Теперь они с ожесточением дрались между собой, люди копьями и дубинами, гномы же – тяжёлыми своими топорами на длинных рукоятках. Впрочем, количество людей всё же, кажется, превышало число гномов, ибо на ближайшего от Гэла гнома напало сразу три воина. Один из них сразу же упал с разрубленной почти надвое головой, но двое других, более опытных, принялись постепенно теснить своего противника в сторону Гэла.
Гному приходилось туго, но, тем не менее, мастерство и упорство, с каким тот продолжал отражать удары обоих нападавших, невольно восхитили Гэла. Гном даже ухитрился нанести одному из вражеских воинов довольно чувствительную рану в плечо, но тут нога его зацепилась за что-то, и гном упал на землю, не выронив, правда, при этом боевого своего топора. Впрочем, пользы от топора теперь было, увы, немного.
Яростно рыча, оба воина разом ринулись на поверженного своего противника, и в это же самое время Гэл, сам ещё не понимая, зачем он это делает, бросился им навстречу. Увидев его, один воин вскинул копьё навстречу Гэлу, другой взмахнул тяжёлой дубинкой… но Гэл, отбив мечом выпад копья и увернувшись, почти одновременно с этим, от просвистевшей над самой его головой дубинкой, сам нанёс ответный удар.
Выронив дубинку, вражеский воин упал навзничь, прижимая обе руки к глубокой колотой ране на животе. Второй воин, размахивая копьём, принялся, было, отступать… но тут позади него оказался гном, уже успевший подняться на ноги. Быстрый взмах топора… и вот уже гном с окровавленным топором замер над трупом поверженного врага, не сводя при этом пристального своего взгляда с Гэла. Гэл приготовился, было, к отпору, но тут гном, проворчав что-то совершенно невнятное, опустил грозное своё оружие, а Гэл, внимательно присмотревшись, с изумлением узнал гнома…
– Аверзагар! – проговорил он с явным облегчением. – Рад снова видеть тебя, дружище!
Буркнув вновь что-то совершенно нечленораздельное, гном отвернулся и принялся тщательно вытирать окровавленное лезвие топора густым пучком травы, а Гэл, оглядевшись по сторонам, увидел вдруг, что схватка вокруг него успела уже завершиться, и завершилась она решительно в пользу гномов. Все чужаки валялись мёртвыми, а вот из гномов, кажется, не пострадал ни один… во всяком случае, ни одного мёртвого гнома подле себя Гэл так и не заметил.
