– Я с вами, – медленно, словно через силу, проговорил Кроус. – Но ты всё равно больше не мой предводитель, Глэр!
Воины волчьего племени уходили прочь, а оставшиеся пленные смотрели им в спины с ненавистью и бессильной злостью.
– Ну и катитесь, ублюдки! – выкрикнул вдруг самый крайний из сидящих. – Без вас воздух чище будет!
– Вы ведь никогда не умываетесь, волчье отребье! – поддержал его сосед. – Потому то от вас воняет, почище, чем от настоящих волков!
– А это правда, что ваши женщины изменяют вам с волками? – со смехом прокричал ещё кто-то из пленников. – Поэтому, наверное, они воют под нашими воинами, как самые настоящие волчицы!
Глен искоса посмотрел на юношу из волчьего племени, который по-прежнему неподвижно сидел рядом с ним. Голова юноши была низко опущена, уши и шея стали почти пунцовыми, сильные пальцы бесцельно перебирали лежащие на земле камешки.
А пленники всё продолжали и продолжали выкрикивать самые изысканные оскорбления в адрес извечных своих врагов. Они не умолкли даже тогда, когда бывшие их товарищи и по оружию, и по несчастью, уже скрылись из вида.
Все, кроме одного…
И Глену вдруг стало почему-то так стыдно за своих соплеменников.
– Заткнитесь, вы! – заорал он, вскакивая. – Вы не воины, вы – болтливые бабы!
И сразу же всё раздражение и гнев пленных перекинулся на Глена.
– Ты, щенок! – заорал рыжий верзила, вскакивая. – Я тебя научу вежливости!
Он бросился, было, к юноше, но сосед верзилы, пожилой и совершенно седой воин, перехватил его на полдороги.
– Ты что не видишь – он ранен?! – крикнул он строго и даже повелительно. – А мы и в самом деле вели себя, как…
Не договорив, он замолчал.
– Мы вели себя, как считали нужным! – всё ещё раздражённо выкрикнул кто-то из пленных. – И этот щенок не имеет никакого права так разговаривать со старшими!
Но обстановка уже заметно разрядилась. Вскочившие пленные вновь опустились на землю… все, кроме рыжего верзилы.
– Я запомню тебя, щенок! – пообещал он Глену. – Я тебе это обещаю!
Он вызывающе сверлил свирепым взглядом Глена, словно вызывая этим юношу на поединок, но Глен, никак не отвечая на этот почти откровенный вызов, вновь опустился на землю и с полной даже безучастностью смотрел теперь куда-то себе под ноги. Поняв, что драться не придётся, верзила презрительно сплюнул и тоже опустился на траву.
В это время к оставшимся пленникам подошёл угрюмого вида чернобородый воин в роскошном одеянии. При виде его стражники почтительно вытянулись.
– Я – Варкраб, – медленно проговорил подошедший, окидывая тяжёлым взглядом сидящих пленников. – Сейчас я буду разговаривать с вами от имени моего повелителя, Стива!
Он замолчал, словно ожидая, что кто-то из сидящих выкрикнет сейчас какое-либо проклятие или оскорбление в адрес Стива, но этого так и не произошло. Все пленники продолжали молча смотреть: кто на Варкраба, кто себе под ноги.
– Мой повелитель прощает вас, несмотря на то, что вы осмелились сражаться с его непобедимым войском, – так же медленно, не спеша, продолжил Варкраб. – И обещает всем, кто признает его власть, полную свободу. Вы даже не обязаны вступать в наше войско… просто можете уйти домой. Единственное условие: громко и прилюдно признать верховную власть повелителя!
Он вновь замолчал… и пленники тоже молчали, низко опустив головы. Неизвестно было, что думал в этот момент каждый из них, Глен же ощущал в душе лишь бессильную ярость и какую-то странную опустошённость. Взглянув мельком на юношу из волчьего племени, Глен понял вдруг, что тот ощущает то же самое…
– Ну что же вы, воины! – с какой-то даже угрозой в голосе проговорил Варкраб. – Долго мне ждать?
Среди пленных началось какое-то шевеление, перешептывание. Потом рыжий верзила, чуть ранее грозивший Глену, поднялся на ноги.
– Признаю власть повелителя Стива! – хрипло произнёс он. – Желаю вступить в его непобедимое войско!
Это стало как бы сигналом для остальных. Один за другим вставали пленные, и каждый из них произносил всё те же слова. Правда, немногие высказали намерение немедленно вступить в непобедимое войско нового повелителя, большинство же ограничилось лишь словесным признанием его верховной власти.
Но, тем не менее, Варкраб выглядел чрезвычайно довольным. Вот уже всего несколько человек осталось сидеть на траве… вот уже их осталось лишь трое: Глен, юноша из волчьего племени и тот седой воин, который немного ранее вступился за Глена.
– А вы что же? – обращаясь к ним, проговорил Варкраб. – Не желаете признавать власть повелителя?
– Не желаем! – ответил за всех седой воин. – Давай, убивай!
– Зачем же мне вас убивать? – Варкраб неожиданно ухмыльнулся. – Возможно, вы ещё передумаете со временем…
И, повернувшись к стражникам, добавил: – Этих тоже отпустим, таково желание повелителя! Пускай уматывают, куда глаза глядят!
Он замолчал на мгновение, коротко хохотнул в густые усы и добавил почти сочувственно:
– Беда в том лишь, что идти им теперь совершенно некуда! Ибо куда деваться изгоям, проклятым жрецами и отлучённым ими от таинств Высокого Неба?
