Я поклонился и последовал за Измененным, который, как я успел походя отметить, оказался «котом», к выходу. Едва успев покинуть зал, я услышал, как вспыхнул разговор, который, как я и полагал, касался моей скромной персоны. Я пересмотрел свое решение задержаться в замке подольше, теперь мне следовало покинуть Карсбри как возможно скорее.
Но пока мне надо встретиться с Рвиан, хотя я уже не думал, что встреча эта окажется приятной.
Измененного звали Рилом. Это все, что я узнал, все мысли и раздумья о его неизвестном мире покинули мою голову, занятую теперь исключительно мыслями о Рвиан.
Нерешительность становилась мучительной. На одной чаше весов лежал страх, на другой надежда. Больше ждать я не мог, что бы там ни было, пусть самое страшное, я должен знать все немедленно. Я глубоко вдохнул и, толкнув дверь, вышел в коридор.
Я подумал: вдруг комната Рвиан окажется на том же этаже, что и моя, и мы столкнемся случайно. Но в коридоре никого не было. Я направился к лестнице. Пот, причиной которого служила отнюдь не жара, катился у меня по лбу, одежда прилипала к телу. Я распрямил спину и шагнул вниз по извилистой лестнице.
Пиррин сидел за высоким столом в компании Алленоры и Вариуса. Рядом с ними находилось еще два стула. Когда я вошел, внезапно стало тихо. Взгляды всех присутствовавших обратились в мою сторону. Наместник поманил меня к себе, я подошел и занял один из свободных стульев. Для того, чтобы пройти через зал, мне, казалось, понадобилась целая вечность. Когда я сел, разговор вновь продолжился. Многие смотрели на меня, другие бросали выжидающие взгляды в сторону двери, через которую должна была появиться Рвиан. Благодарности ради не могу не отметить, что Пиррин, его жена и Вариус сделали все возможное, чтобы как-то ослабить мою напряженность, но задача эта была попросту невыполнимой. Я принял предложенное мне вино и выпил его быстрее, чем было в моем обыкновении. Я улыбнулся и немного пообщался с хозяевами, тем временем продолжая ждать, усилием воли отводя свои глаза в сторону от двери. Я могу поклясться, что ожидание это казалось мне хуже любой битвы, в которой мне довелось участвовать. Я скорее бы согласился встретиться в схватке с Хо-раби, чем вновь выносить подобную муку.
Я повернулся в сторону госпожи Алленоры, когда услышал вдруг повисшую над залом тишину. Тут я увидел, как брови наместницы поднялись, а рука инстинктивно сжалась в кулачок. Меня прошиб озноб, точно за шиворот мне кто-то вывалил груду льда. Вместе с тем мне стало жарко. Я оборвал фразу на середине, не слишком задумываясь над впечатлением, которое производило мое поведение, и повернул голову.
Под арочным сводом дверей стояла Рвиан, на которой было надето свободное платье из кремового полотна, стянутое тонким поясом. Волосы ее, которые показались более светлыми, чем мне помнилось, были собраны на голове в прическу, обнажая хрупкую, загорелую, с кожей цвета дикого меда шею. Все прочее: овал лица, щеки, нос — все это было точно таким, как запечатлелось в моей памяти. Губы — полные и красные, их вкус я помнил с болезненной ясностью. Глаза зелены, как океанские глубины. Я видел, как они вдруг расширились, когда дар возлюбленной моей дал возможность ей узреть меня, а потом, прежде чем кто-либо успел заметить их метаморфозу, вновь стали прежними. Только безразличие, появившееся в них, было лживым.
Дыхание мое перехватило, я и сам того не понял, когда глаза мои застыли на человеке, стоявшем рядом с ней.
Он был высоким, приблизительно одного роста со мной, и мне пришло вдруг в голову, что он даже чем-то похож на меня. По крайней мере, кожа его была темна, волосы черны, глаза голубые едва ли не серые. Лицо его казалось непроницаемым, но я заметил, что взор его быстро скользил по сидевшим за обеденным столом, точно он старался заглянуть в самые потаенные уголки их чувств. Так мог смотреть только настоящий боец. Человек тот носил на себе одеяние из простого небеленого полотна, под покровами которого угадывалось крепкое мускулистое тело. Рвиан держала его под руку. Я ненавидел незнакомца уже только за это. Она что-то сказала ему, и он стрельнул в меня коротким выразительным взглядом. Или просто он посмотрел на высокий стол, не знаю, только я исполнился ревностью. Когда человек этот сделал несколько шагов вперед, я увидел, что у него осанка настоящего воина. Он просто не мог быть никаким слугой.
Во рту моем все высохло. Я знал, что Рвиан «видит» меня и совершенно точно осознает мое присутствие. Этого я перенести не мог. Я увлажнил губы свои вином, сердце мое молотом кузнеца ударяло в наковальню моей груди. Я поднялся и открыл было рот, но… Пиррин опередил меня.
— Рвиан, — сказал он не то чтобы очень спокойно, — у нас тут еще один гость. Сказитель, Давиот. Вы, я полагаю, знаете его.
Я увидел, как пальцы Рвиан крепче сжали руку
Она сказала:
