— Где? — с холодной настойчивостью спросил Денис и констатировал очевидное: — Найти денег на полторашку попроще, чем на билет.
Отец выглядел так, словно получил удар ножом в спину. Денис понимал, как жестко прозвучали его слова, но сожаления не испытал. В конце концов, возможно, это заставит родителя хоть немного задуматься.
Молчание затянулось. Денис сидел, грея руки о тёплую чашку чая, внимательно смотрел на отца и пытался разглядеть в человеке напротив — непричёсанном, заросшем щетиной, в грязной рубахе — того прежнего папу, которого он помнил с детства: сильного, статного, с горящими голубыми глазами. Сейчас тот образ будто пытался пробиться сквозь слой пыли, наросшей от длительных и глубоких запоев. Удивительно, что оставались ещё на свете вещи, способные заставить отца прийти в себя. Жаль только, что этим «чем-то» стала смертельная угроза жизни, нависшая над его сыном.
Элегантное чёрное платье с тонкими бретельками, подаренное миссис Вудсон, идеально сидело на Рикки. Шёлковая ткань струилась по фигуре, длина чуть ниже колен и открытая спина придавали образу особую изысканность. Надев серебристые босоножки, Рикки подошла к зеркалу и окинула себя скептическим взглядом: красиво, но так неудобно… Она с тоской посмотрела на любимые джинсы и футболку, висевшие на стуле. Сегодня придётся сделать выбор не в их пользу. Рикки уже пообещала себе, что ради мамы постарается ничем не испортить предстоящий ужин. Она даже проработала тактику любезного общения с будущим отчимом и попыталась проверить её состоятельность на Сэме, но тот, как назло, отвечал невпопад, казался отстранённым и несколько напряжённым. С самого утра он как заведённый твердил: «Не отходи от меня», «Всегда будь в поле моего зрения», «Не говори с незнакомцами». Сэм, конечно, и раньше это говорил, но сейчас концентрация подобных фраз в его речи просто зашкаливала. Очевидно, грядущее мероприятие было в тягость не только ей.
Ещё раз покрутившись у зеркала и убедившись в безупречности внешнего вида, Рикки спустилась вниз, где в машине её ждал мрачный, как дождевая туча, Сэм. Что могло испортить его настроение, оставалось загадкой. Ситуацию не исправляла даже чудесная погода. На пляже и по парку сновали толпы людей, наслаждаясь вечерней погожестью, туристы высыпали из близлежащих отелей. Но Сэмми, вместо того чтобы заразиться расслабленной атмосферой, лишь нервировался ещё больше.
— На что они глазеют? — проворчал он, когда на пути к ресторану «Серебряный пруд» пришлось остановиться и пропустить большую группу туристов на самокатах. — Что здесь есть такого, чего нет в других местах?
— Сэм, да что с тобой? У нас точно есть на что посмотреть, — сказала Рикки.
— Конечно! Особенно ваш дом… — раздражённо пробубнил он. — Ты видела? Его облепили со всех сторон! Фотографируют, высматривают что-то…
— Как же! Ведь дом принадлежит знаменитой Линде Роуз! Знаешь, сколько девчонок бегает за ней со своими резюме? Сэмми, а тебе не попадался мой блеск для губ?
— В бардачке посмотри, — буркнул он.
К «Серебряному пруду» они прибыли с небольшим опозданием. Двери роскошного белого здания перед ними распахнул швейцар в белом же фраке. Раньше Рикки тут никогда не бывала. На миг она задержалась у входа, рассматривая небольшой подиум из зеркал в центре зала. На нём стоял белый рояль, на котором играл человек в чёрном сюртуке. Вокруг подиума расставили живые растения, а прямо над этим причудливым оазисом располагался стеклянный купол, лучи солнца и голубое чистое небо отражались от зеркал внизу, и создавалось впечатление, будто пианист играл свою чудесную музыку, паря над водной гладью. Столики для посетителей занимали всё свободное пространство, но находились на достаточном расстоянии друг от друга, а те, кто желал скрыться от посторонних глаз, мог занять места в отдельном зале, но тогда они лишили бы себя удовольствия наслаждаться волшебной музыкой пианиста.
Сэм в очередной раз шёпотом попросил не пропадать из вида. Затем проводил Рикки до столика, за которым уже сидели Джерри и Линда, и сам устроился неподалёку.
Джерри, одетый в чёрный смокинг, аккуратно уложил волосы, зачесав лысину, и, надо признать, выглядел вполне ничего. Мама Рикки облачилась в синее шифоновое платье, белокурые локоны волнами спадали ей на плечи, на шее красовалось жемчужное ожерелье. Рядом с Джерри она выглядела абсолютно счастливой. От этой мысли у Рикки в груди что-то кольнуло. Она старательно натянула на лицо улыбку и села за столик.
— Что обсуждаете? Надеюсь, брачный контракт? — вырвалось у неё вместо планируемого «Добрый день».
Улыбки немедленно сползли с лиц счастливой парочки. Рикки мысленно ругнула себя за несдержанность и поспешила сгладить:
— Отличная погода. Правда? — сказала она.
— О чём мы вчера с тобой договаривались? — процедила мама сквозь зубы.
