Альдо понял. Их обоих никто не нашел, в противном случае на столбах были бы выставлены и их головы. Но что толку, если они все равно погребены под тоннами черного камня?
Он повернулся спиной к этому средоточию смерти и, ослепнув от слез, позволил увести себя прочь. Они достигли надвратной башни, у которой начинался мост. Стражи не было видно – вероятно, все больги сбежались к месту обвала. Таким образом, они беспрепятственно перебрались через реку, и скоро их поглотил лес. Здесь преследователи – если таковые имеются – не так легко их найдут. Здесь они в относительной безопасности.
На берегу небольшого ручья они сделали привал, чтобы умыться и перекусить. Но никто не был особенно голоден. Бурин зачерпнул рогом воды и пустил его по кругу.
– У меня ужасная жажда, – сказала Итуриэль, – несмотря на то что я вчера так много пила.
Альдо поправил ее:
– Но, несмотря на это, а благодаря этому. Но нужно обсудить более важный вопрос: что делать?
Все уставились на него, будто ожидая тут же услышать и ответ.
– Теперь, – продолжал Альдо, – если судно спущено на воду, следует ожидать каравана, как говаривал мой отец. Нам не поможет, если мы будем отсиживаться здесь, спрятав головы в песок. Мы должны продолжить то, что начали господин Кимберон и принц Фабиан, даже если… даже если они больше не с нами, – закончил он и сам себе удивился, что смог произнести такую длинную речь.
– Я не верю в то, что Кимберон и Фабиан мертвы, – сказала Итуриэль. – Я бы это почувствовала. – (Остальные посмотрели на нее с сомнением.) – Допустим, вчера вечером, когда все это случилось, я была не совсем трезва. Но поверьте мне, такое я бы все равно ощутила.
Ведь она тоже носит кольцо, подумал Альдо, высшее из всех.
– Возможно, Высокий Эльфийский Князь сумел бы нам помочь? – спросил он осторожно. – Вы не знаете, как до него добраться?
– Нет, – возразила Итуриэль, – дорога в Высший Мир нам закрыта.
– Я тоже не думаю, что мы можем ожидать оттуда помощи, – добавил Гилфалас.
– Люди ничего, – проворчал Горбац, – и эльфы ничего. Как у гномов?
Все глаза обратились к Бурину. Тот сжал губы в одну тонкую линию, словно желая удержать язык за зубами и не дать вырваться какой-либо необдуманной фразе. Гномы слывут самым скрытным народом, и, если кто-то посягает на их тайны, они делаются немы, как камни.
– Есть одно место, – сказал он, наконец, – где встречаются все миры. Я об этом уже подумал. Сводчатый зал в Зарактроре.
– Зарактрор! – воскликнул Гилфалас. – С этим связаны воспоминания, от которых я бы с удовольствием избавился. Однако дорога в Зарактрор идет через область, где… где был Эльдерланд.
Невысказанные слова повисли в воздухе. Альдо сглотнул. Однако вслух он проговорил:
– Ты хочешь сказать – где находится сейчас крепость врагов?
– Есть еще один путь, – высказался Бурин, – через горы.
– Но я думал, что этот путь потерян еще много веков назад, – обернулся к нему Гилфалас. – Ты сумеешь его найти?
– Я был в Зарактроре, – объяснил Бурин. – По крайней мере, в той, другой жизни я там был. А гном всегда вспомнит то место, где однажды побывал. Иначе мы бы не выжили в подземном царстве.
Гилфалас с сомнением смотрел на него:
– Но, насколько мне известно, вы тогда не достигли восточного выхода.
– Ты – нет, – ответил Бурин, – но мы – да. Ты разве не помнишь?
Эльф продолжал смотреть на него, но теперь с таким выражением, будто сомневался в собственном рассудке.
– Я припоминаю… – произнес он тихо, как в трансе. – Я падал… в глубины земли… борясь с псами-призраками… – Дрожь охватила его при этих словах. – Я был втянут… в глубины земли… и поток увлек меня за собой… и выбросил…. – Он огляделся, взгляд его снова был ясен. – Но не сюда – в Высший Мир.
– Но разве Высший Мир не отражение нашего? – спросил Бурин и, поскольку Гилфалас все еще медлил, воскликнул: – Идем!
Гилфалас вздохнул:
– Это довольно неопределенный план, ты не считаешь? А что касается меня, то идея вернуться в Зарактрор мне совсем не по нутру. Но я не представляю, что другое мы можем сделать. Так что попытаемся.
Зарактрор! Мысли заметались в голове Альдо. Он, конечно, слышал истории о приключениях господина Кимберона и его друзей в темных залах Зарактрора. От пересказа к пересказу они все больше приукрашивались. Речь шла о туннелях, достигавших самого сердца земли, о целых городах в недрах горы. О диковинных вещах и тайных лабораториях, где из нечистых металлов создавалось золото, а из мертвой материи – живые существа. И о неисчислимых сокровищах: оружии и приборах, золотых чашах и серебряных блюдах, наполненных драгоценными камнями – рубинами и топазами, изумрудами и бриллиантами, бирюзой и турмалином, и о сундуках и ларцах, «прямо-таки сплошь усыпанных драгоценными каменьями», как клялась старая Альтамира Нойюс; но она была, правда, и не совсем в своем уме.
– Что такое Зарактрор? – спросил Горбац.
Альдо не знал, с чего начать. Все было так запутано. Отделить друг от друга факты и легенды было почти неразрешимой задачей.
