Только Горбац, казалось, не изменился. Его глаза не выдавали эмоций. В нем была прямо-таки успокаивающая невозмутимость; между тем они так к этому привыкли, что едва ли сознавали, насколько сильно полагаются на него.
Местность в этой восточной части Разрушенной страны была не столь пустынной и безрадостной, как прежде. Тут и там росли группами деревья и кустарники.
Около полудня они вышли на дорогу. Дорога была мощеная, широкая настолько, что по ней можно было идти попарно, а не гуськом. Выложена она была большими, грубо отесанными камнями вроде тех, какими мостят военные тракты Империи в скалистых местностях. Однако булыжники здесь были так плотно пригнаны друг к другу, что между ними невозможно было просунуть и лезвие ножа, и казались очень старыми, гладко отшлифованные дождями и ветрами.
– Работа гномов, – сказал Бурин.
У Альдо сердце подпрыгнуло в груди. Если это Дорога гномов, и к тому же ведущая в том направлении, которое им нужно, тогда их цель достаточно реальна, это не просто надежда. Возможно, этот путь и приведет их к воротам Зарактрора.
Они зашагали быстрее. Даже у Алексиса, которого переход по гористой стране измучил так, что у него язык вываливался из пасти, открылось второе дыхание. Его копыта звонко цокали по мостовой.
– Стойте! – сказал Гилфалас. – Тихо!
Альдо потянул осла за веревку и остановил его.
Он, как и все остальные, прислушивался, но не мог уловить ничего, кроме свиста ветра среди скал.
– Я тоже слышу, – проговорила Итуриэль. – Кто-то идет.
Бурин встал на колени и приложил ухо к земле.
– Строевой шаг, – сказал он. – Идет отряд.
– Может быть, гномы? – рискнул предположить Альдо.
– Или больги, – высказался Гилфалас и искоса взглянул на Горбаца. Тот промолчал.
– Впереди канава, – заметил Бурин. – Спрячемся-ка мы лучше там.
Место, на которое он указывал, находилось примерно в двадцати шагах от дороги. Канава заросла колючим кустарником. Но чтобы добраться до нее, следовало пройти по камням. Осел увидел это и воспротивился. Он уже достаточно натерпелся, чтобы так просто расстаться с удобной мощеной дорогой. Так что он уперся и проявил полное нежелание сдвинуться с места хотя бы на шаг.
– Сейчас не до капризов, Алекс! – уговаривал Альдо. – Идем!.
Алекс не двигался. Альдо потянул за веревку. Тот сопротивлялся, изо всех сил напрягая шею. Перед ним вдруг возникла огромная фигура Горбаца. Алексис оскалил зубы.
– Проклятье! – выругался Альдо. Теперь и он слышал приближающийся отряд. – Мы не можем оставить его стоять здесь.
– Забрать груз! – произнес больг сдавленным голосом.
Альдо тотчас понял, что задумал Горбац. В два-три приема он ослабил ремень, закрепляющий груз, который вез осел. Бурин и Гилфалас подхватили поклажу.
– Бегите!
Горбац забрал у Альдо повод.
– Извини, – сказал он Алексису. Это было новое слово в его лексиконе. Затем он потащил осла по скалистой почве.
Алексис боролся за каждый дюйм. Каким-то образом в его маленьком ослином мозгу прочно засела мысль, что нет ничего ужаснее, чем променять надежную дорогу на неопределенность открытого пространства. Веревка натянулась и лопнула.
Горбац чуть не упал. С севера, с той стороны, куда они направлялись сами, он увидел приближающийся отряд.
– Сюда, Горбац! – крикнул Альдо.
Время еще оставалось. Тремя-четырьмя огромными шагами больг преодолел оставшееся расстояние и притаился вместе с Альдо и остальными.
Алексис остался в одиночестве. Дико оглядываясь вокруг, он стоял между скал, почти как тот легендарный осел, которого кардасские жители на далеком Юге посылали в пустыню, чтобы там он погиб под грузом их грехов.
Приближающийся отряд был одет в форму Черного легиона. Возглавлял его здоровенный как бык парень с лицом, покрытым шрамами, один только вид которого уже внушал страх.
Рядовые солдаты были не людьми, а больгами.
– Ты знаешь их? – спросил Альдо, обернувшись к Горбацу.
– Двадцатый легион, двенадцатая когорта, вторая манипула.
Альдо увидел, как дрожит огромный больг; но это был не страх, а переполнявшее его волнение. Тут он сообразил: это именно та часть, где служил их друг.
Их друг? Сейчас выяснится, действительно ли это так. Ему нужно только привстать, чтобы показаться перед старыми товарищами, – и все будет кончено. Вероятно, его бы даже наградили, если бы он доставил на расправу короля и принцессу лесных эльфов, а также наследника царства гномов. И, тем не менее, Альдо ни на одно мгновение не усомнился в верности Горбаца.
В этот миг предводитель отряда увидел осла.
Озадаченно смотрел он на него. Больги, спотыкаясь, остановились и все как один тоже уставились на Алексиса. Тот отпрянул. Ему казалось, что не может быть ничего ужаснее, чем отправиться в путь по бездорожью. Теперь он понял, что эта мысль была роковой ошибкой.
Больги в один голос завопили: «Мясо!» Алексис вспомнил, как на заднем дворе Черной крепости он, связанный, ожидал, когда его поведут на бойню. Это воспоминание вырвало его из оцепенения. С пронзительным ревом он повернулся и побежал.
