Только один миг Итуриэль оставалась под свирепым, безжалостным взглядом князя Теней, но миг этот показался ей вечностью.
Взгляд прошел дальше, прочь от нее и ее спутника. Он их не видел.
Вдруг лицо Азратота исказилось, словно от боли. Его рука судорожно забилась перед грудью. Одно мгновение девушка видела внутренним взором, что князь Теней держит в руке пылающее колесо, обруч без начала и конца.
Подул ветер, потоки воздуха отправляли брызги водопада в далекий путь. Одежда и волосы князя Теней развевались. Он прошел сквозь Итуриэль и Гврги, словно они были бестелесными тенями.
Слабое мерцание, наполнившее склеп, заставило дрожать весь огромный зал в его основании.
Затем свет устремился туда, где секунду назад стоял Азратот, князь Теней.
Итуриэль ждала, пока вихрь не стихнет.
– Куда он исчез? – поинтересовалась она у Гврги.
– В прошлое, откуда он приходил, – объяснил тот. – Я думаю, он пытался уничтожить гномов, чтобы они не могли в далеком будущем помочь нам найти Сводчатый зал, а значит, и путь к нему.
У Итуриэль голова пошла кругом.
– Разве будущее будет не таким, из какого мы пришли?
– Только если время позволит ему стать таким. Для нас оно лишь часть прошлого, но только для нас. Мир не будет таким, каким мы его знали. Перед нами оказалась его другая сторона.
Когда она снова непонимающе взглянула на него, он сказал:
– Пойдемте, я покажу.
Снова дорога вела их через какой-то туннель, и они попали в большую галерею, где из земли извергался поток воды.
Откуда-то доносился лязг оружия. Из темного отверстия выбегали гномы. Одетые в старинные доспехи и шлемы, они имели при себе мечи и боевые молоты. Однако от врага, который преследовал их, это вряд ли могло уберечь.
Тени были всюду. В то время как лезвие касалось их, они извивались и какая-то часть отрывалась и, пылая, умирала на полу пещеры. Но основная часть тотчас воссоздавалась. Когда же тени касались чего-либо, будь-то металл, камень или живая плоть, тогда все это растворялось, само становилось тенью.
Маленькая кучка гномов стояла на обломке выступа. Пути к отступлению у них не было. Окружая, тени хватали их своими черными пальцами. С выверенной точностью защищались гномы. Там, где ударял один, прикрывал другой. Когда один отступал, товарищ сразу же занимал его место. Несмотря на безнадежность своего положения, они даже пели или, скорей, выкрикивали заклинание:
– Владыка! – кричали они. – Владыка!
И он явился на зов. Великолепные доспехи сверкали на нем. Тонкой работы кольчуга, украшенная сверкающими драгоценными камнями, отливала серебром. На щите и шлеме были вырезаны рунические знаки власти. Рогатый шлем украшал знак, на который только он имел право: глипт Фрегорина, Владыки Зарактрора. В руке он держал огромный боевой топор.
Свет, исходивший от него, был сильнее, чем камень или железо. Он шел от кольца на его правой руке. Золотое кольцо с аметистом излучало сияние, смертоносное для теней.
Свет горел. Он проникал в темную сущность, заставляя ее таять, как снег на солнце. Только этот снег был не белым, каким он бывает на вершинах гор, а черным как сажа, как вещество из потустороннего мира, подобное черноте, подстерегающей за звездами.
И тень кричала.
Это не была боль, которую тень уже когда-то испытывала.
Ей были знакомы боль и разрушение. Но этот свет истреблял саму основу ее существования.
Там, куда он был направлен, находилась сущность тени. Она не могла выдержать его сияния. Когда тень бледнела, тогда прекращалось существо Сагот, которое могло быть и в единстве, и во множестве.
Сагот убегал. Напрягая остатки сознания, искал он спасение в бегстве. Он хотел найти место, где был бы, в безопасности, место, где кончаются все пути.
В глубине.
Гномы возликовали. Они спрыгивали с выступа и преследовали отступающую тень. Ими владело желание показать врагу, кто здесь подлинный хозяин.
– Остановитесь! – прогремел голос Фрегорина.
Но гномы его уже не слышали.
Тень отступила в места, прежде недоступные гномам. Вскоре преследователи заблудились. И тогда путь им преградили бледные, призрачные фигуры.
– Назад! – закричал один из гномов своим товарищам.
Однако они его не послушались. Пролилась кровь. Жизненный сок этих бледных созданий был таким же красным, как кровь, которая течет в венах гномов, людей и эльфов.
Гномы почувствовали, что они сильнее. Однако бледных было слишком много, и там, где падал один, сразу же на его место вставали двое.
– Назад! – послышался теперь уже голос Фрегорина.
Гномы вняли Владыке. Продолжая сражаться, они шаг за шагом стали отходить. Противник наступал, вооруженный уже не только когтями, зубами, камнями и палками, но и захваченным у гномов оружием. И теперь уже ряды гномов таяли, как прежде тени под магическим светом.
