Наш молчаливый поединок закончился яркой вспышкой в моём сознании, после чего я неожиданно обнаружила себя всхлипывающей, лежащей на полу у ног Эрм... нет, это не она, это... Хватит!! Я же...
- ...не хотел я её трогать, но теперь, кажется, придётся... Ты, кажется, и говорила, что её смерть освободит твою душу лучше любых обрядов, ведь с неё началось твоё изгнание?..
- Да. С неё началось. И ею должно закончиться. Она отобрала у меня гнев, а без него я не Повелительница...
- Бери её, не стесняйся, Хозяйка... - дрогнувший при усмешке голос даже сквозь невыносимую боль показался мне смутно знакомым. - Знаешь, сколько есть мест, где мы можем использовать Пришедших Богов? Да и наследницу не мешало бы вернуть обратно... предварительно, конечно, слегка подчистив мозги! Хотя куда уж дальше?..
Нехороший смех рассыпался тысячами мельчайших осколков, которые, словно крошки в постели, впились в тело с кровожадностью речных комаров. Я застонала, больше не сдерживая чувства, и собралась в комочек, как будто наивно решила таким нехитрым способом спрятаться от боли. Нет, она вовсе не была похожа на ту, что я испытывала каждый раз во время приступов... Ллог, я и не знала, что боль может быть настолько жестокой!.. Мама, мамочка, если ты хочешь... хочешь избавиться от меня... сделай это побыстрее...
- Пойдём, я покажу тебе самый короткий путь...
Молочная завеса отступила, бережно обволакивая гибкий силуэт прекрасной женщины. Странно, но здесь, в этом странном тоннеле, больше похожем на сброшенную шкурку серебристой змеи, она предстала предо мной точь-в-точь такой же, как в видении предсказателя. Её ласковые руки отогнали прочь гвоздящую по вискам боль и помогли принять достойное вертикальное положение. Плечом к плечу мы шли с ней вперёд, к едва мерцающему вдалеке неправильному кружочку выхода... Я даже не стала задумываться, куда, - маме виднее. Тем более с каждым моим шагом становилось так восхитительно легко, как не бывало даже когда я пропускала через себя небывалую силу приступа!.. Да и народ здесь интересный (ибо кому ещё захочется толпиться в таком количестве на столь ограниченной территории: некоторые макушками упирались в верхнюю часть стенки тоннеля!). Смутно знакомый... так, будто у меня когда-то была память...
- А ну стой, куда разогналась?! - сквозь плотные ряды встречающих протиснулась худенькая девчушка в одной рубашке почти до босых пяток. Встала по-хозяйски впереди, упёрла руки в бока и грозно сдвинула бровки: - Обрадовалась, да? Между прочим, ты ещё не Повелительница! Придёт твоё время, вот тогда и ты сюда заявляйся, пропустим без всяких претензий! А сейчас ты нам никто, звать тебя никак, и у силы твоей руки-крюки коротки достать до выхода! Правильно я говорю, толпа?!
- Правильно... Отчего бы милой эссе действительно не сгинуть обратно в мир живых? Без законных оснований нечего ей делать в тоннеле, извините за прямоту... Кто пустил сюда ребёнка? Нашли тоже время для игрушек...
- Вы не пускаете меня? - выдохнула мама, и голос её сорвался на стон. - Я так долго шла к вам! Разве я когда-нибудь желала вам зла? Разве я не давала вам по ту сторону возможность ощутить себя снова живыми?! Я разве в полной мере давала вам почувствовать свою хозяйскую руку?!
-
- Вот именно! - уже не на шутку разгневалась мама. Её похолодевшие пальцы тисками сжали мои плечи. - А теперь пошли вон, пока я не вернулась на ту сторону черты и не занялась вами всерьёз!
- Ты что, так ничего и не поняла? - вкрадчиво понизила голос малявка, внезапно показавшись куда старше своих
Мне почему-то показалось, что стены покрылись испариной. Несколько капель упали мне на лоб и скатились по щекам и по носу. Я встряхнулась, точно искупавшийся шейф, и, вскинув на маму глаза с покрасневшими ободками зрачков, с силой толкнула её в плечо, повалила вниз и уселась сверху. Брошенный в девчонку неоформленный сгусток силы ударил в пол у ног брызнувшей в разные стороны призрачной толпы, отразился и был без страха пойман детскими ладошками...
