– Я к ней не отваливал! Он не мой парень! – одновременно воскликнули Богдан и Ирка.
– Ничего не понимаю, что за ерунду вы городите! – вскипел Андрей – и гневные искры пробежали по его черно-красному ореолу. – Где девушка, я спрашиваю? Что вы с ней сделали? Сожрали? – вдруг дрогнувшим голосом спросил он. – Сожрали, да? – почти в истерике завопил он – и лезвие его меча надавило на шею змеицы.
Позади, у самого входа в торговый центр, вдруг что-то шевельнулось, и в разошедшиеся двери со свистом влетела… стрела!
Пронеслась через холл, древко вспыхнуло в окружающем Андрея черно-алом ореоле и сгорело дотла… но кованный из какого-то странного металла наконечник с силой ударил в шлем Андрея. Мальчишка сдавленно хрюкнул – и рухнул рядом со змеицей.
В тот же миг влетел… сперва Ирке показалось, что мяч!
Вертясь, как юла, в воздухе на краткий миг завис… каравай! Слегка помятый, выпачканный грязью, но по-прежнему пышный хлеб, украшенный плетеной из теста косичкой.
– Федька! – застонал дядька Мыкола.
У входа, сжимая в руках тугой богатырский лук, стоял Федька – и глаза у него были пустые… совсем как ночью!
Хлеб ляпнулся рядом с мордой змеицы.
– Наконец-то! – выдохнула та, переворачиваясь на лапы. Ее голова на длинной шее повернулась к Ирке, как разворачивается стрела подъемного крана, и змеица прошипела девчонке в лицо: – Ты спрашивала, зачем тебя убивать? Да потому, что Айтварас Жалтис Чанг Тун Ми Лун, Великий Дракон Вод, младший сын царицы Табити-Змееногой и мой жених… – царевна-змеица, Повелительница Грозы гордо вскинула голову, – не должен ни знать, ни видеть, ни вспоминать тебя, жалкая человеческая ведьма!
– Не слушайте ее, Ирина Симурановна! – вдруг отчаянно закричал Еруслан. – Змей со змеицей не…
– Ну хватит! – рявкнула Повелительница Грозы, и под серебристым сводом снова прокатился гром. – Позабавились, и довольно! Все лишние – вон!
И резким взмахом когтей она разорвала каравай.
– А-ах! – Шевеля обломки стен и мебели и вихрем крутя пепел, порыв ветра пронесся по торговому комплексу.
Танька сдавленно вскрикнула и уставилась на свои руки. Сквозь полупрозрачные ладони был виден пол. Люди и змеи истончались, становясь прозрачными… А потом носящийся по торговому центру вихрь подхватил их – и поволок сквозь стены. Молотя крыльями в напрасной попытке сопротивляться ветру, исчезли оба змея, пролетели и скрылись в стене богатыри – Еруслан все кричал беззвучно, словно стараясь что-то объяснить Ирке. Вихрь подхватил бесчувственного Андрея и понес прочь. Последними, отчаянно извиваясь и цепляясь призрачными руками за стены, исчезли Танька и Богдан.
Ирка осталась наедине с нависшей над ней оскаленной зубастой смертью.
Передвигая ноги, будто памятник, Федька с пустым, мертвым лицом двинулся к Ирке.
– Как… как ты тут очутился? – невольно пятясь, пробормотала она. – Тебя же Вук связал!
– Он все время хотел быть там, где я! – следуя за Федькой крадущимся, кошачьим шагом, злорадно прошипела змеица. – Мой поцелуй не так-то просто выкинуть из головы. А твоя бабушка слишком не любит мыть посуду. Наверняка она развязала Феденьку. – Ласкательное имя прозвучало откровенной издевкой.
Зато губы одурманенного Федьки растянулись в идиотски-блаженной улыбке. На лбу у него отчетливо виднелся синяк – полукруглый, как край сковородки. Бабка поступила легкомысленно – но без боя она Федьку все-таки не выпустила.
– Ты ее… убил? – дрогнувшим голосом спросила Ирка. И словно увидела: переливаясь через край, вода хлещет из мойки – прямо на лежащую ничком бабку. В руке у той зажата сковородка. Ирка всхлипнула. Она знала, что этим кончится! Все из-за нее! Айт всего-навсего «загулял на каникулах», а она уже навоображала неизвестно чего, а теперь сюда примчалась его разъяренная невеста – и бабка погибла!
Федька остановился. Поглядел на Ирку все тем же пустым взглядом… А потом как робот – скрип-скрип – отрицательно покрутил головой.
– Нет? – пересохшими губами спросила Ирка, чувствуя, как от неимоверного облегчения подламываются ноги. – Она жива?
– Отвечать только на мои вопросы! Слышать только мой голос! – рявкнула на Федьку змеица. – А тебе… – зубастая морда метнулась к Ирке, – сейчас лучше заботиться не о других, а о себе!
– Хорошо, – согласилась Ирка. – Позабочусь! – И… перекинулась.
Во всяком случае, попробовала. Сейчас появится знакомое ощущение, что мышцы текут, плавятся, отчаянно зачешутся кончики пальцев, выпуская наружу когти, дернет кожу на спине, когда развернутся крылья…
Ничего не произошло.
Змеица гулко захохотала.
– Можешь поколдовать, – любезно предложила она.
Ирка понимала, что выставляет себя на посмешище, но все-таки забормотала ветряное заклятие – а вдруг рептилия блефует?
И снова ничего не произошло.
