— Теперь ты наш гость, а не пленник. Роми, проводи его в комнату для гостей и устрой там. Орейн, — обратилась она к двоюродному брату, — мы отправимся завтра. Если погода позволит…
— Спасибо, кузина. И вам, — добавил он, повернувшись к Ромили, и отвесил ей церемонный поклон.
Девушка с сожалением подумала, что всего лишь несколько дней назад он бы попросту обнял ее, хлопнул по плечу… «Чтоб мы больше никогда не встретились», — обидевшись, подумала она.
Из Каер-Донна они выехали на заре и больше часа скакали по дороге, пока наконец из-за крутолобой мрачной горы не выползло гигантское багровое светило. Лик его был подернут туманной дымкой. Кэрил ехал на пони, подобранном для него Яни, рядом с лошадью, на которой восседала Ромили. Сзади шестеро амазонок, ведущих в поводах еще двенадцать свежих скакунов. Их следовало перегнать на юг для армии. Для какой — никто не уточнял, а Ромили благоразумно не спрашивала.
Как замечательно было скакать ранним утром по еще не просохшей дороге! Редкие мшаники на склонах поблескивали росой. Скалы искрились, в долинах зеленели леса, заснеженные пики, казалось, подпирали ясное небо. В полдень они сделали привал, дали отдых коням, перекусили. Ромили нежилась под солнцем — предыдущее путешествие вспоминалось как дурной сон. Снега, холод, внезапно налетающие метели — и в то же время радость, безмерная, нежданная, когда, обернувшись, она заметила цепочкой направляющихся в свою пещеру баньши. Сколько всего произошло! У нее начались месячные… Смех! У Ромили на глазах выступили слезы — как это здорово, когда есть что вспомнить. Или этот мальчуган, слишком серьезный для своих лет, которому досаждали высокое происхождение, положение, семейные интриги, и в то же время он оставался добрым, покладистым… Что ждало его впереди? Разве этих Хастуров разберешь?
В этот момент послышалась команда Яндрии, и девушка поспешно вскочила на ноги. Короткий возглас: «Вперед!» — и колонна продолжила движение. Ближе к вечеру сестры разбили лагерь. По приказу Яни две девушки разгрузили одну из вьючных лошадей — скоро возле ручья, на плесе потянуло дымком костра…
Вот еще что мучило Ромили — дисциплина, которую так строго поддерживала Яни. Нет, девушка была не против, но подобная безапелляционность иной раз коробила ее. В какой-то мере ее сомнения развеяла Мерина. На вопрос Ромили она ответила:
— Дисциплина — это жизнь. Объяснить это невозможно — на словах, разумеется. Если будешь задумываться над командами — погибнешь!..
— Роми, иди сюда, помоги мне, — позвала ее Яни.
Она тут же бросилась к сестре. Девушка понятия не имела, как установить палатку, но с готовностью, следуя указаниям, натянула веревки и начала привязывать их к колышкам. Через минуту-другую на лугу поднялся большой шатер. Вокруг костра раскатали одеяла, и под этим пологом никакая сырость не могла их достать. Одна из сестер сварила кашу, густую и ароматную… С нарезанным репчатым луком, с жареной дичью это было что-то необыкновенное. После еды деревянные чашки были тут же вымыты и упакованы.
— Вот здорово, — восхитился Кэрил. — Мужики бы никогда так быстро не сумели разбить лагерь, накормить людей…
Яни хихикнула.
— В общем-то им ничего не мешает, — заметила она, — приложить чуточку старания, чтобы всем было удобно. У них обычно и повар бывает хороший, и дичи они по пути набивают не меньше, чем мы. Но они считают ниже своего достоинства позаботиться об удобствах — от этого, мол, можно совсем разнежиться и, — она еще раз хихикнула, — обабиться. Что касается меня, я не люблю спать в мокрой постели, а то и прямо под проливным дождем. Нет ничего позорного в том, чтобы путешествовать с комфортом. Наоборот, это сохраняет силы…
— Я тоже так думаю, — откликнулся Кэрил. В этот момент он разгрызал мозговые косточки. — Ты права, Яни. Спасибо за угощение.
Одна из женщин — Ромили не была с ней знакома, слышала только, что ее звали Лаурия, — вытащила из дорожного мешка маленькую арфу и принялась наигрывать какую-то мелодию. Теперь все сгрудились у лизавшего дрова огня и, по очереди вступая, начали петь древнюю балладу. У Кэрила разгорелись глаза, но уже через полчаса его сморило, он принялся клевать носом.
Яни указала на него Ромили:
— Разуй его и уложи в спальник.
Девушка молча, с охотой, принялась исполнять указание. Мальчик тут же запротестовал. Лаурия проворчала:
— Роми, оставь мальчишку в покое. Яни, почему это одна из наших сестер должна за ним ухаживать? Ведь он наш пленник! Мы никогда не были и не будем вассалами или слугами Хастуров.
— Он всего-навсего мальчик, нам следует позаботиться о нем, — ответила Яни.
— До сих пор не было, чтобы члены Ордена записывались в рабство к мужчине. — Лаурия по-прежнему была недовольна. — Надеюсь, что поручение мы исполняем за деньги?
— Не сомневаюсь! — подала голос еще одна из амазонок. — Любая из наших сестер, которая считает, что смысл ее жизни ухаживать за мужчиной или, что еще хуже, служить подстилкой, позорит знаки Ордена.
