Разорванные в клочья протеинопласты заполнили всё вокруг, но, прежде чем они соприкоснулись с Атесом, тот успел закрыть каналы внешней мембраны, и зловещие ошметки проплыли мимо. В организм продолжало поступать все больше мертвых белков, и почти все Аты одновременно начали разлагаться – всего за несколько секунд десятки тысяч их распались на мелкие белковые фрагменты. Обнажившаяся цепочка нуклеиновой кислоты быстро развалилась на части при столкновении с макромолекулами, и эти куски без остатка поглотили стремительно набежавшие гигантские клетки. Атес лихорадочно перебрал осколки ядра, похожие на маленькие кристаллы, и несколько захватил. Абсолютно все из них уже не несли информации о погибшем Ате. Центральный стержень распался прежде, чем разложилось тело, которому они когда-то принадлежали.
Это была самая настоящая катастрофа. У Атеса осталась только одна мысль – выжить. Он перестал плавать и нахватал разбросанных вокруг остатков протеинопластов, а также фрагменты стержневых кристаллов своих товарищей. Введенный им в организм аденозинтрифосфат быстро разлагался и высвобождал энергию. Атес спешно возводил линию обороны и, наконец, достроил свою крепость – гигантскую железосодержащую органическую молекулу с тетраэдрической кристаллической структурой, которая окружила его и эффективно отражала все атаки.
На какое-то время он оказался в безопасности.
Оболочка имела побочный эффект: она блокировала всё, что поступало снаружи, даже атомам водорода было трудно через нее просочиться, что уж говорить об огромных молекулах АТФ. Когда он достроил крепость, последняя молекула АТФ израсходовалась, и лишенные энергии органы впали в анабиоз.
Прежде чем потерять сознание, это маленькое споровое тельце отправило последний сигнал.
Сигнал бедствия. Атес не знал, кто его получит, и не знал, сможет ли вообще кто-нибудь его понять и прийти на помощь. Он стоял на пороге тьмы, однако еще оставался проблеск надежды.
Тьма постепенно сгущалась, и он старательно твердил: надо помнить, помнить, помнить… А затем погрузился в похожий на смерть сон. Внешний слой кристалла отвалился и рассыпался на разновеликие куски. Вместе с фрагментами стержня, которые были моментально поглощены, – они разошлись повсюду, покрыв цитоплазму рябью.
Это был уже третий медицинский осмотр Вэнь Цзюя.
– Всё еще мало?
– Нет, вообще по нулям. В ста миллилитрах крови не нашлось ни одного Ата. Просто невероятно.
– Что еще вы нашли?
– Других отклонений не наблюдалось. Ваше тело кажется нормальным.
– В смысле, я здоров?
– С медицинской точки зрения – да. Но ваше тело очень серьезно постарело. Аты смогли поддержать его внутренний баланс, но теперь все они исчезли. Я не очень понимаю, что происходит, нужно время, чтобы найти причину.
– Хорошо. Пятидесяти лет хватит?
– Пятидесяти лет?
– В прошлый раз Роберт сказал мне, что без Атов я смогу прожить еще лет пятьдесят, а потом уже умру.
По лицу Ма Жуймина предательски пробежала тень подозрения. Он мгновение колебался.
– Господин Вэнь, при всем уважении, как врач я должен прямо сказать, что если кто-то вам сказал, что вы можете прожить полвека без Атов, то он, скорее всего, ошибся.
Вэнь Цзюй уставился на молодого человека. Тот храбро встретил его взгляд.
Губы Вэнь Цзюя тронула слабая улыбка.
– И сколько же у меня времени?
– С учетом текущего старения ваша ожидаемая продолжительность жизни составляет шесть месяцев.
– Шесть месяцев? – нахмурился Вэнь Цзюй.
Такого ответа он точно не ожидал. Смерть, конечно, бесконечно откладывать невозможно, но он всегда думал, что этот момент еще очень далек.
– Господин Вэнь, тому можно найти немало объяснений. Например, Аты не сработали так эффективно, как ожидалось, или при предыдущей проверке продолжительности жизни были допущены какие-то ошибки, или нынешнее исчезновение Атов повлекло за собой снижение продолжительности жизни – мы просто не нашли точную причину. Вероятностей много… – Ма Жуймин запнулся. – Но сейчас самое важное – продлить вам жизнь. Я предлагаю вам согласиться на заморозку, чтобы ваше состояние не ухудшалось, пока мы ищем ответ. Что скажете?
Вэнь Цзюй опустил взгляд.
– Я не согласен.
Он поднял голову и непреклонно посмотрел на Ма Жуймина:
– Я не хочу, чтобы меня замораживали. Вы должны помочь мне найти причину.
Он был похож на императора, раздающего приказы подданным. А приказы императора обычно неизменны и обязательны к исполнению.
– За подсказками можете обратиться к центру Всесети, в мире нет ничего мощнее. Он непременно поможет вам что-нибудь найти. А о деньгах не беспокойтесь, я всё устрою.
Сотни тысяч протеинопластов слой за слоем окутывали гиганта.
Внешней оберткой служили мягкие бета-белки. Если структура двух белков точно совпадала, то при встрече они объединялись, а затем с помощью двух молекул аденозинтрифосфата поглощали атом кислорода и снова разделялись. Бета-белок оставался неизменным, а его противник окислялся, терял активность и становился беззащитен перед атаками лейкоцитов.
