Сэм боролся с собою, обдумывая на все лады то, что услышал. — Он может быть и честным, — говорил он себе, — а может не быть. — Он зевнул. — Я мог бы проспать целую неделю, и это мне было бы на пользу. А что я могу сделать, если не буду спать, один — одинешенек среди всех этих сильных Людей? Ничего, Сэм Гамджи; но ты все — таки не спи. — И это ему каким-то образом удавалось. Светлое пятно входа потемнело, и водяная завеса слилась с окружающими сумерками. Но шум воды не умолкал, всегда постоянный и равномерный, утром ли, вечером или ночью. Водопад шептал и журчал, нагоняя сон. Сэм начал протирать себе глаза кулаками.
Но тут запылали новые факелы. Люди хлопотали, вскрывая бочонки с вином, ящики с провизией. Одни носили воду из водопада, другие мыли руки в тазах. Фарамиру принесли большую чашу с водой и полотенце, и он умылся.
— Раабудите наших гостей, — сказал он, — и дайте им умыться. Пора ужинать.
Фродо сел, зевая и дотягиваясь. Им принесли воды для умыванья, но Сэм попросил поставить таз наземь, а тогда, к веселому удивлению зеленых воинов, погрузил голову в холодную воду, обливая себе шею и уши.
— Разве в вашей стране принято мыть себе голову перед ужином? — спросил зеленый воин.
— Нет, перед завтраком, — ответил Сэм. — Но если хочется спать, то нет лучшего средства, чем холодная вода на шею. Ну, вот! Теперь я достаточно проснулся, чтобы поесть.
Фарамир усадил их рядом с собою; но прежде чем есть, он сам и все его люди в молчании повернулись на минуту лицом к западу; по его знаку Фродо с Сэмом сделали то же.
— Мы делаем так всегда, — сказал он, садясь. — Мы смотрим в сторону Нуменора — в прошлом и родины Эльфов — в настоящем, и того, что за нею, — в будущем. А у вас нет таких обычаев перед едой?
— Нет, — ответил Фродо, чувствуя себя странно неловким и невоспитанным. — Но если мы находимся в гостях, то кланяемся хозяину, а после трапезы встаем и благодарим его.
— Мы тоже, — подтвердил Фарамир.
После столь долгого, утомительного путешествия, после стольких дней в пустынных .местах, ужин показался Хоббитам пиршеством: они пили холодное, ароматное, золотистое вино и ели хлеб, и масло, и солонину, и сушеные плоды, и вкусный сыр — ели чистыми руками, из чистых тарелок. Ни Фродо, ни Сэм не отказывались ни от чего предложенного, даже во второй и третий разы.
Вино проникло им в кровь и во все суставы, и им стало так легко и весело, как не бывало с того самого дня, когда они покинули Лориен.
После ужина Фарамир увел их в угол в глубине пещеры, частично отделенный завесами; там стояли кресло и два стула, а в нише, в стене, горел глиняный светильник.
— Может быть, вы хотите спать, — сказал он, — особенно добрый Сэмвиз, который так и не решился уснуть до ужина; не знаю, опасался ли он за свой доблестный голод или боялся меня. Но не годится засыпать так скоро после еды, да еще если ей предшествовало воздержание. Поговорим немного. На вашем пути от Ривенделля с вами, вероятно, случилось многое. А вы, может быть, захотите узнать что-нибудь о нас и о стране, в которой находитесь.
Расскажите мне о Боромире, моем брате, и о старом Митрандире, и о прекрасных обитателях Лориена.
Фродо больше не хотелось спать, и он был расположен к беседе. Но хотя от еды и вина ему стало хорошо и приятно, он не потерял осторожности. Сэм весь сиял и мурлыкал про себя; когда Фродо заговорил, он сначала удовольствовался тем, что слушал и время от времени издавал подтверждающие восклицания.
Фродо рассказывал о многом, но все время следил, чтобы не упоминать о своей Миссии или о Кольце, распространяясь больше о доблестном поведении Боромира во всех их приключениях; с волками в горах, в снегах Кархадраса, в Подземельях Мориа, где погиб Гандальф. Фарамира взволновала больше всего битва на мосту.
— Наверное, Боромиру было досадно убегать от Орков, — сказал он. — Или от этой страшной тени — Огнемерка, хотя он убегал последним.
— Он всегда уходил последним, — ответил Фродо. — Но нашим вождем должен был стать Арагорн, единственный, кто знал дорогу после того, как Гандалвф погиб. И не будь с ними нас, Хоббитов, ни он, ни Боромир не отступили бы.
— Может быть, Боромиру лучше было бы пасть на мосту, — сказал Фарамир, — чем идти навстречу судьбе, ожидавшей его у водопада Раурос.
— Может быть. — Но расскажите мне о себе, — произнес Фродо, снова уклоняясь от этой темы. — Мне хотелось бы узнать побольше о Минас Итиле, и об Осгилиате, и о стойком Минас Тирите.
