Сэм, разбуженный каким-то инстинктом бдительности, увидел его пустую постель и тотчас же вскочил. Тогда он увидел две темные фигуры — Фродо и еще кого-то — в арке прохода, на беловато светящемся фоне, и кинулся к ним мимо воинов, спящих на ковриках вдоль стен. Достигнув выхода из пещеры, он увидел, что водопад превратился в мерцающую завесу из шелка и серебра, из жемчуга и льдинок, тающих в лунном свете. Он не задержался, чтобы полюбоваться ею, а свернул в сторону, вслед за Фродо.
Они прошли по темному коридору в скале, потом по многим мокрым ступенькам, и очутились на маленькой площадке, похожей на дно глубокого колодца и освещенной отблеском неба высоко вверху. Отсюда шли две лестницы: одна прямо вверх, другая влево. Они свернули на нее. Она шла тоже кверху, винтом, словно в башне.
Наконец они вышли из каменного мрака и огляделись. Они стояли на обширной, ничем не огражденной площадке среди утесов. Справа, с восточной стороны, поток низвергался множеством каскадов, а потом, стремясь по крутому склону, наполнял узкое, гладко обточенное русло темной, пенистой водой и крутясь и клокоча почти у самых их ног, ниспадал вертикально с обрыва, зиявшего слева от них. Там, у самого края, стоял воин, молча глядя вниз.
Фродо долго смотрел на бурлящую воду, потом поднял глаза и посмотрел вдаль. Все кругом казалось спокойным и холодным. Рассвет уже близился.
Далеко на западе заходила круглая, белая луна. В долине и внизу мерцали белые туманы над широким, спящим Андуином. Еще дальше виднелось что-то темное, и там поблескивали холодные, острые, далекие вершины Эред Нимраис, Белых гор в Гондоре, одетые вечным снегом.
Некоторое время Фродо стоял на каменной высоте, и дрожь охватывала его, когда он думал, где в этой обширной ночной стране спят или бодрствуют его друзья, или где покоятся их трупы, повитые туманом. Зачем только Фарамир оторвал его от сна, дарующего забвение?
То же, по — видимому, хотелось узнать и Сэму, и он не мог удержаться, чтобы не пробормотать, думая, что его услышит только Фродо: — Вид отсюда, конечно, красивый, но даже на сердце становится холодно, не говоря уже о костях. Зачем мы сюда пришли? Что случилось?
Фарамир услышал его и ответил: — Луна заходит над Гондором; ради этого зрелища стоит и подрожать немного. Но не для этого я привел вас сюда, — а вас, Сэмвиз, я и не приводил, и вы должны будете искупить это своеволие. В наказание вы получите глоток вина. Но взгляните!
Он подошел к часовому у края обрыва, и Фродо последовал за ним. Сэм остался на месте: ему и так уже было страшновато на этой высокой, влажной площадке. Фарамир и Фродо взглянули вниз. Там, на большой глубине, водопад свергался белой струёй в пенящуюся чашу, и его воды, потемнев, кружились в глубоком овальном озерке среди скал, пока не находили себе выхода сквозь узкую расселину и не уходили, шумя и пенясь, в более ровное и спокойное русло. Лунный свет падал наискось на нижнюю часть водопада и играл на волнах в озере. Вскоре Фродо различил на ближнем берегу что-то маленькое, темное, но оно тотчас же нырнуло и исчезло у самого кипения водопада, рассекая темную воду, как стрела или острый камень.
Фарами? обратился к воину рядом: — Ну, а что ты скажешь теперь, Анборн? Белка это или зимородок? Есть ли черные зимородки в темных озерах Чернолеса?
— Это не птица, — ответил Анборн. — У него четыре лапы, и оно ныряет, как человек, как самый искусный пловец. Чего ему нужно? Найти путь к нам оттуда, снизу вверх? Кажется, нас все-таки обнаружили. У меня с собою лук, и я расставил по берегам других лучников, самых метких. Мы ждем только вашего знака, чтобы выстрелить.
— Дать им этот знак? — опросил Фарамир, быстро обернувшись к Фродо.
Тот ответил не сразу, но сказал: "Нет! Прошу вас, не делайте этого!".
Если бы Сэм посмел, он крикнул бы "Да!", как можно быстрее и громче. Он не видел, на что они смотрят, но их слов ему было довольно, чтобы догадаться.
— Значит, вы знаете, что это такое? — произнес Фарамир, — Ну, теперь, когда вы его увидели, скажите мне, почему его нужно пощадить. Во всей нашей беседе вы ни слова не сказали об этом вашем спутнике, и я на время оставил его в покое. С ним можно подождать, пока его поймают и приведут ко мне. Я послал за ним овоих лучших охотников, но он ускользнул от ник, и с тех пор его не видел никто, кроме Ашборна, да и то в сумерках. Но сейчас он провинился в большем, чем охота на кроликов у реки: он посмел приблизиться к Хеннет Аннуну, и его жизнь под угрозой. Я изумляюсь этому существу: каким хитрым и дерзким оно должно быть, чтобы купаться в озере под самым нашим окном! Или оно думает, что мои Люди спят всю ночь, не выставляя стражи?
Чего ему нужно?
— Ответов здесь, по — моему, два, — сказал Фродо. — Во-первых, он мало знает о Людях, а ваше убежище скрыто так хорошо, что он, быть может, и не знает, что здесь есть Люди. Во-вторых, я думаю, что он привлечен сюда своим главным желанием, более сильным, чем вся его осторожность.
— Привлечен, говорите вы? — тихо повторил Фарамир. — Значит, он знает о… о том, что вы несете?
