Чары, направленные против моих, были ужасны, — они почти сломили меня. На мгновение дверь вышла из-под моей власти и начала открываться! Мне пришлось произнести крайнее Повеление. Этого оказалось слишком много Дверь разлетелась в куски. За нею стояло какое-то черное облако, застилавшее свет. Я был сброшен с лестницы, но видел, что стена и своды зала рухнули.
Глубоко погребен теперь ваш родич, Гимли, а вместе с ним погребено и что-то другое. Но, по крайней мере, проход позади нас завален полностью. Я никогда еще не ощущал такого изнеможения, но оно уже проходит. А вы, Фродо?
Как вы себя чувствуете. Не время сейчас говорить об этом, но я никогда в жизни не радовался так, как в тот момент, когда вы заговорили. Я думал, что Арагорн уносит доблестного, но — увы! — мертвого Хоббита.
— Что со мной? — переопросил Фродо. — Я жив и, кажется, цел, хотя весь в синяках. У меня все болит, но ничего серьезного нет.
— Хорошо, — оказал Арагорн. — Я могу сказать только, что не встречал еще таких крепких созданий, как Хоббиты, хотя по ним этого и не заметишь. Знай я это заранее, я бы в Бри разговаривал с ними помягче. Этот удар копья пронзил бы насквозь и кабана!
— Меня он, к счастью, не пронзил, — ответил Фродо, — но я словно побывал между молотом и наковальней. — И он умолк, так как дышать ему было больно.
Они снова двинулись в путь и некоторое время шли молча, но вскоре Гимли сказал:-Впереди свет. Но это не дневной свет: он красный. Что это может быть?
— "Гах"! — пробормотал Гандальф. — Или это значило, что нижние ярусы в огне? Но все равно, мы можем идти только вперед.
Свет усиливался; он трепетал, заставляя стены прохода искриться. Теперь было видно, что он идет из невысокой арки внизу, к которой спускается проход. Оттуда пахнуло жаром.
Отряд подошел к арке, но Гандальф дал остальным знак подождать и вошел первым. Вскоре он вернулся.
— Здесь на нас приготовлена ловушка, — сказал он. — Но теперь я знаю, где мы: на первой глубине, ярусом ниже Врат. Это второй зал Старого Города, и Врата близко отсюда, — не далее, чем в четверти мили на восток. Путь отсюда идет по мосту, вверх по большой лестнице, потом через первый зал и наружу. Но идите и взгляните!
Они заглянули в арку. За нею был зал, еще выше и обширнее того, в котором они ночевали Посредине шли двойным рядом огромные каменные колонны, на их полированной черной поверхности играли красные блики. А через весь пол, у подножья одной пары колонн, шла широкая трещина, из которой время от времени вырывались огненные языки. В жарком воздухе вились струйки дыма.
— Если бы мы пришли сюда по главному пути, то оказались бы пойманными, — сказал Гандальф. — Будем надеяться, что огонь находится теперь между нами и погоней. Но поспешим, медлить некогда!
Издали снова послышался гул барабанов — "Бум-бум-бум!"
Из тьмы в западном конце зала донеслись крики и звуки рогов. От рокота барабанов задрожали колонны, а пламя в трещине взметнулось языками.
— Остался последний кусок пути, — произнес Гандальф. — Если снаружи светит солнце, мы еще можем спастись. За мной!
Он повернул на восток и помчался, остальные за ним. Расстояние было больше, чем казалось с виду. Позади послышался топот погони, вопли, лязг клинков. Над головою у Фродо просвистела стрела.
Боромир засмеялся на бегу: — Этого они не ожидали! Между нами и ними — огонь!
— Вперед! — крикнул Гандаль. — Осторожнее, мост опасен и узок!
Вдруг Фродо увидел впереди черную пропасть: зал обрывался здесь на неведомую глубину. Дальней двери можно было достичь только по узкому каменному мостику без перил, перекинувшемуся через пропасть пятидесятифутовой дугой. Это была древняя защита Карликов от тех врагов, которые захватили бы первый зал и внешние коридоры: по мостику можно было пройти только гуськом.
У начала мостика кудесник остановился, поджидая остальных.
— Идите первым, Гимли! — приказал он. — Потом Пиппин и Мерри. Прямо вперед и наверх, к выходу!
Снова завистели стрелы. Одна ударила Фродо в бок и отскочила, другая пронеслась над самым ухом у Гандальфа. Фродо, уже ступивший на мостик, обернулся. За огненной трещиной кишели толпою Орки, — там были сотни их, и они потрясали оружием, кроваво блестевшим в отсветах пламени. А подземные барабаны рокотали все громче и громче.
Леголас обернулся и натянул тетиву, хотя для его лука расстояние было слишком большое. Стрела упала, не долетев, и он вскрикнул в отчаянии. В конце зала появилось двое Троллей; они притащили по тяжелой каменной плите и перебросили их через огонь, как мостик. Но не Тролли испугали бесстрашного Эльфа. Ряды Орков заволновались и расступились, словно в страхе, и между ними возникло что-то непонятное: словно сгусток мрака, имевший вид человеческой фигуры гигантского роста. Ужас окружал эту мрачную тень, словно незримое облако.
Тень двинулась через трещину, и пламя вскинулось и одело ее сверкающей мантией. В правой руке у нее был огненный клинок, в левой — бич о многих хвостах.
