— И все их стрелы окажутся напрасными, — возразил Гимли, с восхищением разглядывая кольчугу. — Митриль! Я никогда не видел и не слышал ничего подобного. Если Гандальф говорил о ней, то он оценил ее слишком низко. Но она попала в хорошие руки!
Под кольчугой Фродо был весь в синяках, а там, куда ударило копье Орка, ее кольца впились в кожу. Арагорн обложил его примочками из горячего отвара целебной травы, и вскоре Фродо почувствовал себя лучше: боль утихла, и дышать стало легче. Аромат целебного отвара возвратил тем, кто вдохнул его, силу и бодрость.
Они отдыхали недолго и снова продолжали путь. Солнце заходило, когда они поднялись из долины; кругом ложились сумерки, из лощин поднимался туман.
Гимли и Фродо шли последними, чутко прислушиваясь ко всякому шороху. Оба долго молчали, потом Гимли заговорил.
— Ни звука кругом, — сказал он. — Никаких врагов поблизости. Похоже, что Орки удовлетворились, изгнав нас из Мориа. Может быть, им только этого и было нужно, и они совсем не гнались за нами или за Кольцом.
Фродо не ответил. Он обнажил Жало, и клинок не светился; но все-таки он слышал что-то или ему только казалось так. Едва начало смеркаться, как он снова начал улавливать быстрый, мягкий топот позади. Он резко обернулся и увидел две светлые точки, блеснувшие в сумерках; тотчас же они метнулись в сторону и исчезли.
— Что случилось? — опросил Карлик.
— Не знаю, — ответил Фродо. — Мне показалось, что я слышу шаги; мне показалось, что я вижу глаза. Это мне казалось часто, с тех пор, как мы вошли в Мориа.
Гимли остановился и припал ухом к земле. — Нет ничего, — сказал он, поднимаясь. — Я слышал только ночные речи камней и трав. Скорее, нам нужно догнать остальных!
Было уже темно, когда они вышли на гребень холмов и увидели внизу обширную туманную долину; оттуда доносился неумолчный шум листвы, словно шум тополей, колеблемых ветром.
— Лориен! — вскричал Леголас. — Лориен! Мы пришли к опушке Златолиственных Лесов. Как жаль, что теперь зима! Как жаль, что сейчас ночь!
Дорога привела их к высоким деревьям, ветви которых сплетались сводом наверху; стволы деревьев отсвечивали серебром, а листья — тусклым золотом.
— Лориен! — произнес Арагорн. — Как я счастлив, что слышу ветер в его ветвях! Здесь мы выберем место для ночлега. Будем надеяться, что сила Эльфов защитит нас от опасностей, грозящих позади.
— Если только Эльфы еще живут здесь, — заметил Гимли.
— Я слышал, что Лориен еще не покинут, — возразил Леголас, — и что у здешних Эльфов действительно есть какая-то тайная сила, охраняющая их страну. Но их редко можно увидеть; вероятно, они живут в глубине своих лесов.
— Да, в глубине, — произнес Арагорн и вздохнул, словно какие-то воспоминания шевельнулись в нем. — Мы тоже войдем поглубже, а там поищем место для отдыха.
Он шагнул вперед, под деревья, но Боромир не тронулся с места. — Разве нет другого пути? — спросил он.
— Какой путь прекраснее этого? — возразил Арагорн.
— Открытый, хотя бы и преграждаемый мечами, — ответил Боромир. — Странными путями шел до сих пор наш Отряд и встречал на них только неудачи.
Против моей воли мы шли сквозь Подземелья Мориа и там нашли несчастье. А теперь вы говорите, что мы должны войти в леса Лориена. Но в Гондоре говорят, что они опасны и что не всякий, кто туда войдет, сможет оттуда выйти, а из тех, кто вышел, никто не выходил без вреда для себя.
— Скажите — без перемен в себе, и тогда вы будете ближе к правде, — возразил Арагорн. — Должно быть, древние знания забываются у вас, Боромир, если в Гондоре могут говорить плохо о Лориене. А другого пути у нас нет, если вы не хотите в одиночку вернуться в Мориа, или пересечь горные цепи, или проплыть по Великой Реке.
— Тогда ведите нас, — сказал Боромир, — но я предупредил вас, что этот путь опасен.
— Прекрасен и опасен, — ответил Арагорн, — но опасаться его должен только тот, кто в самом себе несет злое. Следуйте за мной!
Они вступили под сень златолиствеиных деревьев и перешли вброд через прохладный, журчащий ручей; вода в нем была неглубокая и такая чистая, что Фродо, войдя в нее по колени, чувствовал, как она уносит из него всю пыль и усталость долгого пути. За ручьем решено было устроить стоянку. Леголас хотел было взобраться на одно из высоких деревьев, но сверху прозвучал повелительный оклик, и он испуганно спрыгнул и прижался к стволу. Голос из ветвей заговорил снова, но более дружески; Леголас понял его и смог ответить, хотя это наречие несколько отличалось от его языка.
— Кто это? — шепотом спросил Мерри. — Что они говорят?
— Это здешние Эльфы, — ответил Леголас. — Они говорят, что давно уже заметили нас и что мы не должны их бояться. Они приглашают Фродо и меня подняться к ним, а остальным советуют подождать внизу, пока они решат, что делать. Кажется, у них есть известия о Фродо и о нашем Отряде.
Тут из кроны дерева упала легкая, мерцающая веревочная лестница, и Леголас легко взбежал по ней; Фродо поднялся немного медленнее, а за Фродо
