— Сэм? — вскричал Фродо, совершенно запутавшись и не зная, должен ли сердиться, смеяться, вздохнуть с облегчением или попросту чувствовать себя дураком.
— Я, — сознался Сэм. — Но я не хотел повредить ни вам, ни Гандальфу.
Впрочем, он и сам сказал вам: "Возьмите кого-нибудь, кому можете довериться".
— Но я, кажется, не могу довериться никому, — гневно заметил Фродо.
— Смотря в чем, — возразил Мерри. — Мы не покинем тебя до конца, — в этом ты можешь нам поверить. Мы сохраним любую твою тайну не хуже, чем ты сам, — в этом ты тоже можешь нам поверить. Но не верь, что мы позволим тебе уйти в такой опасный путь без нас и не скажем ни слова — мы твои друзья, Фродо. Мы знаем многое из того, что говорил тебе Гандальф. Мы знаем многое о Кольце. Нам очень страшно, но мы не покинем тебя.
— Вспомните, что сказал вам Гильдор, — добавил Сэм. — Чтобы вы взяли тех, кто сам захочет идти с вами. А мы все хотим!
— Хитрецы! — вскричал Фродо. — Коварные хитрецы! Но я сдаюсь. Я последую совету Эльфа. Друзья мои, не будь у нас впереди таких опасностей, я пустился бы в пляс от радости! Давно уже я не чувствовал себя таким счастливым. А я так боялся этого дня!
На следующее утро, с рассветом, все четверо выехали, держа путь на восток.
За пределами Шира их путь лежал через область Бри, населенную Людьми, Карликами и Хоббитами, все они жили в мире между собою и часто собирались вместе. Несколько особняком от прочих держалось только племя Людей, которых все называли Бродягами; в этом названии не было ничего обидного, и оно только означало тех, которые странствуют по обширным пустынным равнинам в Бри и соседних странах, появляются и исчезают нежданно для всех и заняты какими-то странными, никому неизвестными и непонятными делами. Говорили, что эти Бродяги-потомки армий Изильдура, и что, возможно, есть среди них и такие, в чьих жилах течет кровь Гондорских вождей. Но это были лишь смутные слухи, проверить которые было, конечно, невозможно.
Мерри знал, что в городке Бри, главном в этой области, есть харчевня под вывеской "Резвый конь"; там всегда бывает множество всякого народа, и там можно будет узнать что-нибудь о Гандальфе.
К городку подъезжали в сумерках. Приближаясь к воротам, Фродо приостановился и сказал:
— Теперь мы вышли за пределы Шира, и я выполню совет, который получил от Гандальфа. Мы должны быть осторожными, не болтать лишнего, а главное — не называть меня моим настоящим именем. Здесь я буду называться не Фродо, а Холм, — запомните это!
Западные ворота городка оказались уже запертыми, и страж, увидев четверых всадников, строго спросил их:
— Кто вы такие, и чего вам нужно здесь?
— Мы едем на восток, — ответил Фродо, — и хотим остановиться в харчевне.
Откройте нам!
Страж приоткрыл ворота, чтобы впустить их по одному.
— Откуда вы? — спросил он. — Зачем едете на восток?
— Это наше дело, и здесь мы не будем об этом говорить, — ответил Фродо.
— А мое дело — спрашивать приезжающих после захода солнца, — возразил страж. — Вы из Шира?
— Откуда бы мы ни были, нам нужен ночлег, — вмешался Мерри. — Меня зовут Мериадок, а вот это — Перегрин; этого вам довольно? Я слышал, что в Бри с приезжими всегда говорят вежливо.
Страж пробормотал извинение и указал дорогу к "Резвому коню".
Хозяин встретил Хоббитов на пороге, пригласил войти, велел слугам позаботиться об их пони, а потом спросил путников об именах. Фродо назвал своих спутников, а о себе сказал, что его зовут Холм. Хозяин хлопнул себя ладонью по лбу.
— Коротыши, и из Шира! — вскричал он. — Это напоминает мне что-то, только я забыл-что. Ну, ничего, я вспомню. Тут о вас спрашивал кто-то, но я забыл-кто, и не помню, о вас или нет. Но входите же!
В харчевне было светло и многолюдно и так похоже на Шир, что четверо путников могли бы и повеселеть, но у Фродо на сердце было тревожно. Кто мог спрашивать о них? Зачем? И почему у них все время допытываются об именах? Он еще раз шепотом напомнил друзьям об осторожности, и они вошли. Их тотчас же окружили, стали знакомиться, пожимать руки, расспрашивать и рассказывать. Но Фродо не хотелось болтать. Предоставив вести разговоры своим друзьям, он постепенно отделился от всех и сел в сторонке. Этого почти никто не заметил, так как общим вниманием быстро завладел Пиппин, рассказывая всякие забавные происшествия, случавшиеся в Шире.
Вдруг Фродо заметил высокого, худощавого Человека, который, сидя в углу, в тени, внимательно прислушивался к разговорам Хоббитов, не прикасаясь к стоявшей перед ним кружке с пивом. Он был закутан в поношенный темно-зеленый плащ с надвинутым, несмотря на жару, капюшоном, а высокие сафьяновые сапоги у него были забрызганы грязью, словно после долгого пути; и глаза у него блестели в тени капюшона, когда он прислушивался к беседе.
— Кто это? — шепотом спросил Фродо у хозяина харчевни. — Кажется, вы не познакомили его с нами, как прочих.
