Чем сильнее я пыталась отозвать свою магию, тем сильнее она сопротивлялась, отказ врезался в мой разум грубой силой. Мой череп раскололся надвое, гудя от напряжения и боли, которые, казалось, были вызваны полной потерей контроля. Кончики моих пальцев впились в лоб, когда я надавила на боль и приготовилась противостоять магии.
Магия не хотела сотрудничать после того, как ее слишком долго держали взаперти. Бунтуя, моя магия нашептывала мне, пытаясь выторговать что-то, но я отказывалась склоняться перед чем-то, что по сути было моим. Мои челюсти сжались, зубы впились в кожу щек, рот наполнился кровью, когда я усилием воли подчинила непокорную магию.
Боковым зрением я видела Эулалию, заметила, как она прикусила губу и с опаской пожевала ее. Я не могла подвести ее, не могла позволить ей увидеть, как я теряю контроль.
Наконец, она вернулась, но только после того, как нанесла моему телу боль.
Я судорожно глотала воздух, моя грудь тяжело вздымалась, когда я в изнеможении рухнула на руки. Когда я подняла голову, у меня вырвался вздох облегчения. Огонь наконец-то погас.
— Я беспокоюсь о тебе… — обеспокоенный голос Эулалии пробился сквозь стук в моем черепе.
Я открыла рот, чтобы заговорить, сказать ей, что со мной все в порядке, но поперхнулась словами.
— Твоя магия дикая. Неукротимая. Ты не можешь ее контролировать, и ты не можешь продолжать сдерживать ее.
— Я в порядке. Все в порядке, — проворчала я, медленно поднимаясь со сжатыми кулаками. — Я все контролирую.
Это была ложь.
— Я думаю, будет лучше, если мы спланируем тренировку как можно раньше. Сайлас навестит тебя, когда я смогу безопасно передвигаться по лесу, — прошептала Эулалия, когда ворон спикировал вниз и приземлился ей на плечо, открыв клюв с громким утвердительным карканьем.
Я кивнула.
— Просто будь осторожна. Не спеши помогать. Обо всём этом мы успеем поволноваться позже.
Успокоившись, она улыбнулась и исчезла.
Но я знала, что времени осталось не так уж много.
ГЛАВА 3
Святилище представляло собой большое сводчатое сооружение, построенное из крошащегося камня, со встроенными витражными окнами. Оно было пристроено к дворцу, но казалось полным противоречием соседнему зданию: одно светлое, другое темное и зловещее. Дворец был новее и чище, построен из известняка и украшен кристально чистыми окнами, в то время как святилище было старше и темнее, поскольку было построено столетия назад. Говорили, что святилище было первоначальным дворцом со сводчатыми потолками и огромными башенками, украшенными горгульями и замысловатой резьбой, но здание было слишком старым, чтобы по-настоящему знать свою историю.
Что касается того, как появилось святилище, были только предположения. По слухам, оно существовало еще до образования королевства. Здесь располагалась обширная библиотека, содержащая почти все книги, известные человеку, за вычетом некоторых книг, которые были запрещены, признаны предательскими и сожжены.
Как ученому самого высокого ранга в королевской ассамблее, лорду Редмонду было предоставлено отдельное помещение, включавшее кабинет и две смежные спальни, одна из которых была моей. Я откинулась на спинку потертого кресла в кабинете, изнемогая от усталости, пока Редмонд расхаживал взад и вперед, что-то неразборчиво бормоча себе под нос. В настоящее время он работал над проектом, что-то связанное с алхимией или, может быть, с ядом — кто знает. Каждый день ему нравилось что-то новое.
Он всегда был отвлекающим, его разум был тюрьмой, из которой он не мог полностью вырваться, постоянно бурля и переполняясь новой информацией и идеями. Даже его аура представляла собой хаотичную разноцветную смесь.
Вскоре после того, как он нашел меня, он понял, кто я такая, поэтому взял меня под свое крыло в надежде изучить. Я быстро распознала его гениальность и прильнула к нему, нуждаясь в ком-то достаточно умном, чтобы защитить меня от монстров этого мира. Я сказала себе, что останусь здесь ненадолго, только до тех пор, пока не стану достаточно сильной, чтобы защитить себя.
Но я всё ещё нуждалась в нём. И, наверное, всегда буду. Он заполнил пустоту во мне, о существовании которой я даже не подозревала. А со временем наши отношения, основанные на взаимной выгоде, стали чем-то тёплым и родным.
Он был удивительным человеком, и мне повезло, что он был рядом.
Я внимательно наблюдала за ним, пока он теребил свои растрепанные волосы, теперь тронутые сединой, и разговаривал сам с собой, по-видимому, не подозревая, что он не один.
— Редмонд, когда ты в последний раз спал или ел?
Он подпрыгнул при звуке моего голоса, его голубые глаза приобрели безумный блеск, когда они заплясали по комнате.
— Когда ты здесь появилась? — удивленно спросил он.
Я усмехнулась. Я сидела перед ним с самого рассвета, но он никогда не отвлекался от работы над проектом, и хотя он мог быть гениальным, он был абсолютно беспомощным, когда дело доходило до того, чтобы позаботиться о себе.
— Брось свою работу и позавтракай со мной, — взмолилась я, указывая на нетронутую овсянку на столе.
