Сидели все в той же каюте на корме корабля. Только на руках у Масахиро теперь были цепи. Не то чтобы они могли его остановить, попытайся он убить собеседника, и, видимо, потому за спиной купца два дюжих охранника с дубинками, прищурившись, следили за Масахиро. Масахиро прислушался к себе и не обнаружил ни смятения, ни удивления. Он не был удивлен. Мир переменчив, это так. Его монастырский учитель был бы им доволен.
Оказаться во власти купца для Масахиро было новым неизведанным опытом, и он опасался показаться смешным.
– Зовут тебя как? – спросил торговец. – Как-как? Хе! Многовато чести иметь такое длинное имя. Я буду звать тебя Муса. Муса ибн Исса!
И захохотал, чем-то крайне довольный.
– Как вы распорядитесь мной? – спросил Масахиро, решив, что просить работорговца дать знать его соотечественникам на острове будет несколько самонадеянно с его стороны. Да и слишком навязчиво обременять своим выкупом незнакомых людей.
– Ты воин, как я вижу, крепок телом и духом, – задумчиво произнес южанин. – Всегда смогу пристроить тебя гребцом или на рудники, хотя это и не прибыльно. И эта ваша общеизвестная страсть к самоубийству сильно сбивает цену… Охранником в гарем, я полагаю, вполне вероятно, но прежде придется тебя оскопить, а ты уже староват для такой операции и, скорее всего, не выживешь, – выброшенные деньги. Но есть еще возможность…
Масахиро, подавленный подобным вероятным будущим, осторожно сглотнул и спросил:
– Какая возможность?
– Ты произносишь шахаду и становишься правоверным. Будешь моим охранником. Года за три выплатишь свой долг, а там видно будет, может, женим тебя, а там и в хадж сходим, человек, я вижу, ты надежный, тебе можно довериться.
– Благодарю вас, почтенный, за столь лестное предложение, – с низким поклоном отказался Масахиро.
– И что это значит? – недовольно нахмурился купец. – Это ты так согласился или это ты так отказался?
Масахиро сообразил, что интонации благородной речи могут быть неуловимы для косноязычного южного варвара, и, поразмыслив, решил выиграть немного времени:
– Могу ли я просить у господина времени на знакомство с основами его веры и на размышления о своем возможном месте в ней?
– Нет бога, кроме Аллаха, и Мухаммед – пророк его, – несколько раздраженно ответил купец. – Вот и все, что тебе надо. Повторишь три раза, и все, кроме долга, мне будешь уже платить только сбор на джихад. А после послушаешь Коран или найдешь себе имама, и задавай свои вопросы ему, если тебе так уж действительно хочется узнать все.
Снаружи в каюту, где шла беседа, заглянул еще человек и, наклонившись над плечом купца, что-то прошептал, а следом за ним, отшвырнув с пути бамбуковую занавеску, ворвался Руис-доно, а следом за ним и Мацуда. Вот уж кого Масахиро уже не ожидал встретить в своей жизни.
Некоторое время Руис-доно и купец очень невежливо орали друг на друга, Мацуда и охранники купца обменивались неласковыми взглядами, затем Руис, шумно выдохнув, швырнул на циновку перед купцом тяжелую круглую золотую монету и, бросив на Мацуда косой недовольный взгляд, вышел прочь. Мацуда наклонился к Масахиро, освобождая от цепей.
– Пошли отсюда, – сказал Мацуда.
– Подумай о том, что я тебе сказал, – бросил в спину Масахиро купец, пробуя край золотой монеты коричневым от бетеля зубом. – На том свете нам положено по тридцать девственниц. Каждому.
Масахиро остановился и вежливо поклонился купцу, прежде чем выйти:
– Благодарю вас за столь щедрое предложение.
И вышел вон.
Спустившись по сходням на причал, Масахиро огляделся и наконец полной грудью вдохнул горячий воздух юга, пропитанный ароматами кошенили, складированной в мешках прямо на берегу.
– Идем, господин нас ждет, – сказал Мацуда.
Масахиро вздохнул еще раз и отказался:
– В городе есть люди из Этидзэна. Я пойду к ним. Думаю, мне найдется там место.
– Да что ты говоришь! – возмущенно воскликнул Мацуда. – Как только я узнал, что этот пиратский перекупщик обращает в ислам своих рабов, Руис-доно сразу же вернулся за тобой, только чтобы ты не погубил свою душу! Ты ему должен, он тебя выкупил! А до того спас тебе жизнь.
– Он меня и продал, – трезво заметил Масахиро. – И я спасал его жизнь. И вообще, он мне не господин. Средства за мой выкуп, раз на то пошло, я ему верну. Удачи тебе с твоим господином, Мацуда, и спасибо за все. Ищи меня у людей из Этидзэна, прощай.
Затянуть с возвращением долга Масахиро не довелось. Руис-доно, видимо, никогда не забывал своих должников и всегда был готов спросить с них сразу и сполна.
Масахиро как раз обучал молодых охранников приютившего его торгового дома бою с нагинатами в лучшем северном стиле, когда во дворе магазина, где он наставлял основам десяток купеческих лоботрясов, появился Мацуда.
– Давно не виделись! – воскликнул он.
– Больше месяца, – согласился Масахиро. – Чем обязан столь приятной встрече?
