Мама у Верочки была из детдома. Отец тоже родился в 1945 году, в самое тяжёлое время для нашей страны. Совершенно естественно, что он оказался единственным ребёнком в семье. У него имелся лишь двоюродный брат, которого звали Евгений. Поэтому у девушки было на удивление мало родных. Впрочем, так же, как и у её любимого мужа.
Дядя Женя работал инженером на крупном заводе. Он был там на очень хорошем счету. Его даже к ордену обещали представить. Однако, всё вокруг вдруг изменилось.
После «приХватизации» его предприятия, мужчину внезапно уволили. Причём без выходного пособия и без объяснений причин. От большого расстройства у него случился обширный инфаркт.
Человеку весьма повезло. Карета скорой помощи оказалась недалеко от его пятиэтажного дома. Минут через десять после сердечного приступа, мужчину уже погрузили в машину. Ещё через четверть часа, больного доставили в кардиологический центр.
Три месяца сорокапятилетний мужчина находился на излечении в клинике. После чего, был отправлен домой, выздоравливать. Срок реабилитации приближался к концу. Молодой «инвалид» чувствовал себя хорошо. Тем более, что наступала очередная весна и пробуждала природу к активизации жизни.
В тот солнечный день тёща вернулась с прогулки и строго сказала: – В магазин при оптовой базе привезли сахар в мешках по пятьдесят килограммов. Нужно его нам купить. Потому что, так получится намного дешевле, чем на развес.
Бери-ка зятёк детские санки и двигай туда. Купишь «песок». Довезёшь до подъезда, а сосед поможет тебе занести всё на третий этаж. Я только что с ним договорилась об этом.
Женя не стал пререкаться. Всё равно сидит дома без всякого дела. Он молча оделся и пошёл выполнять поручение тёщи. Дорога до магазина не заняла много времени. Он отдал деньги кассиру, показал чек продавцу и привычно сунул бумажку в карман зимней куртки.
Рядом возник грузчик в грязном синем халате. Он вытащил тяжёлый мешок на крыльцо, положил на стальные салазки и помог его закрепить. Мужчина взял в руки веревочку, привязанную к передней металлической планке, и тронулся в путь.
Небо сияло не замаранной голубизной. Громко чирикали воробьи и синицы, почуявшие приближенье тепла. Лучи яркого солнца искрились в кристалликах льда и отражались в небольших бочажках талой воды, размером с тарелку.
Большие лужи приходилось обходить стороной. Очень широкие ямины, форсировать вброд. Скоро мужчина оказался на тротуаре, плотно зажатом с обеих сторон. Слева стояла стена пятиэтажного дома. Справа находился обледенелый сугроб.
Женя задумался: – «Возвращаться назад – далеко. Пройти рядом со стенкой – никак невозможно. Сквозь воду отчётливо видно, что глубины там больше, чем по лодыжку. Насквозь промочу сапоги. От такого купания они могут совсем развалиться».
Тут он заметил, что вдоль большого сугроба тянется полоска грязного льда, с поперечным уклоном к воде. По пути в магазин он не обратил внимания на это препятствие и легко проскочил через узкое место. Поэтому и сейчас Женя не видел какой-либо опасности. Он быстро продвигался вперёд и был стопроцентно уверен, что салазки едут за ним.
Они и вправду катились. Но лишь до тех самых пор, пока одно из полозьев не налетело на выступ, расположенный возле сугроба. Почувствовав торможение своего экипажа, Женя глянул назад.
Мужчина заметил, что санки стоят, накренившись в сторону лужи. Он немного напрягся и стал тихонько тянуть верёвку к себе. Правый полоз почти переехал через небольшую ледышку, которая вдруг оказалась у него на пути. Именно в этот момент, сахарный «песок» шелохнулся.
Ткань синтетической торбы была сплетена из полупрозрачных искусственных нитей. Сквозь них было отчётливо видно то, что происходит внутри. Крупинки сахара, находящиеся в верхней части мешка, вдруг встрепенулись и одна за другой посыпались вниз.
И чем быстрее они перемещались на новое место, тем скорее салазки теряли устойчивость. Наконец, центр тяжести санок сместился настолько, что они кувыркнулись. Стальные полозья блеснули на солнце. В то же мгновение, дорогая покупка оказалась в воде.
Мужчина стрелою метнулся к салазкам. Схватил их из лужи и, держа на весу, оттащил метра на три. Поставив ношу на снег, он, забыв про инфаркт, бегом кинулся к дому.
Возле крыльца Женя стащил с санок поклажу. Бросив на улице свой экипаж, он ворвался в подъезд и помчался наверх.
Пока он бежал, из большого мешка лилось, как из худого ведра. Вода растворила часть свекольного сахара. Широкой струёй сироп тёк прямиком на ступени. Чтобы спасти новые брюки, мужчина держал торбу перед собой и сдавливал её крепкими пальцами, словно Самсон кимерийского льва.
Мухой взлетев на третий этаж, Женя с шумом ввалился в квартиру. Благо, что дверь оказалась только прикрыта. Тёща взглянула на зятя и побледнела, как свежевыпавший снег.
Что напугало женщину до такой сильной степени, он так и не понял, ни тогда, ни потом. То ли вид запыхавшегося от бега инфарктника, с мешком на руках? То ли густая грязная жижа, заливавшая пол? Однако, на раздумья не было времени. Нужно было спасать пропадающий ценный продукт.
