— Эх, Петр Иванович, Петр Иванович! — осуждающе проговорил участковый. — Мужик ты правильный, ничего не скажешь... А тут большой промах дал... Да разве можно совсем не знакомых людей домой приводить и даже фамилии не спрашивать? А он, этот человек, может, преступник!
— Пока не будем очень распространяться, товарищ капитан, — остановил его Невструев. — Петр Иванович, поедемте, мы вас на работу доставим и своими делами займемся...
— Куда теперь? — спросил Петелин, когда они высадили Черникова у ворот гаража.
— Сейчас на вашу «главную почту» на минутку заглянем, потом — в аэропорт! — ответил Невструев. — Я уже, как боевой конь, начинаю землю рыть копытами!
Майор Петелин с явным одобрением посмотрел на молодого старшего лейтенанта.
Девушка с симпатичными кудряшками на лбу встретила Невструева как старого знакомого.
— Я же сказала вам, что все будет сделано! — с легким кокетством произнесла она, протягивая старшему лейтенанту телеграфный бланк. — Вот еще одна телеграмма «до востребования». И в ней опять про болезнь Алика! Только теперь уже об этом сообщает не Оля, а Галя...
— А эта Галя, наверно, такая же, как та Оля? — спросил Невструев.
— А что? Может быть! — засмеялась девушка.
— Я эти обе телеграммы изымаю, — сказал Невструев подошедшему строгому начальнику почтамта.
— Только с соблюдением всех необходимых формальностей, — ответил тот.
— Разумеется!
— Вы меня извините, товарищ майор, что я вас не посвящаю в свой план действий. — Невструев тронул руку Петелина. Машина на предельной скорости мчалась в сторону аэропорта.
— Собственно говоря, еще и плана, как такового, нет. Только-только наброски к нему... Да потом мы, оперативники, как поэты, — суеверный народ... Расскажешь о своих замыслах — не сбудутся!
— Делайте так, как считаете нужным, товарищ старший лейтенант! — без тени обиды ответил начальник горотдела. — Я не отхожу от вас потому, что — вдруг пригожусь? Да и капитан наш тоже...
— Вы уже так пригодились, так помогли мне! — сказал Невструев, пожимая обоим руки. — Я даже не рассчитывал, честно говоря, на такую помощь!
В аэропорту Невструев вновь погрузился в списки авиапассажиров, отлетавших из города с начала года.
— Ну, вот, кое-что и прояснилось, товарищи, — сказал он сидевшим рядом начальнику горотдела и участковому. — Как только отсюда уходила телеграмма о болезни Алика, вскоре же отсюда уезжала Мартова Лида... А телеграммы шли на имя Кочневой Лиды... Завтра мы получим списки пассажиров, вылетавших сюда в этом месяце, и если среди них окажется Лида Мартова, то это уже полупобеда... А сейчас надо связаться с колонией. Как там наш Юсуп Ходжаев себя чувствует?
— Сейчас сделаем, товарищ старший лейтенант, — с готовностью отозвался Петелин, отходя к телефону, и жестом подозвал Невструева. Ходжаев сообщил, что задание выполнено и, если нет ничего другого, он может приехать к Невструеву.
— Приезжайте, Юсуп! Мы сейчас в аэропорту и будем здесь вас ждать... Попутно еще кое-какие дела сделаем...
— Видите, товарищи, — медленно вышагивал Невструев по комнате, — получается, что работники аэропорта не все нам рассказали, что знали...
— Как это? Да я... — вскинулся Петелин.
— Одну минуточку, товарищ майор! Смотрите, что получается... Допустим, что билеты Лида с фамилией «икс» могла приобрести и заранее по паспорту своему, Черникова и еще чьему-то, кого мы тоже пока не знаем... Но ведь ей нужно было еще регистрировать билеты! А это делается за час, как правило, а у вас, я наводил справки, нередко бывает и за полчаса...
— Бывает, когда самолет оттуда задерживается, — согласился Петелин.
— Тогда что получается? Зарегистрировать билет по паспорту Черникова, отвезти паспорт домой и приехать обратно она не могла успеть... Даже если у нее и была все время под рукой машина.
И я думаю, что билеты ей зарегистрировали гораздо раньше, и она сидела спокойно со своими подопечными в ожидании самолета...
— Я уже и раньше подумал, а сейчас вслух говорю, — прозвучали восхищенные нотки в голосе майора, — что вы, товарищ старший лейтенант, молодой да ранний!
Невструев терпеть не мог лести, но тут вдруг поймал себя на мысли, что слова начальника горотдела, похоже, сказанные от всего сердца, ему не очень неприятны. Может быть потому, что и старейший в городе участковый инспектор тоже всем своим видом выразил полное согласие со словами майора?
— Сегодня, к нашему счастью, работает та смена, которая была в аэропорту тогда, в день «ЧП», — сказал Невструев, — так что придется снова их побеспокоить...
Женщина, проводившая в тот день регистрацию пассажиров, сидела опустив голову, и когда она подняла глаза на Невструева, они были полны слез.
