— Мне пора, — заторопился он. Чмокнул жену в затылок. — Мне пора!
В машине не спалось. Вопросы жены были объяснимы. Обычно она не докучала ему, если это касалось чисто служебных дел, но тут особый случай, и тревога ее была естественной. Он и сам в последние дни все чаще задумывался над тем, почему от Ксении, устроенной на графской усадьбе под вымышленным именем Марина, не было никаких вестей. В условленном месте — «почтовом ящике» — писем от нее не находил, хотя по договору она должна была бы уже сообщить о себе.
Может быть, она на краю провала или еще хуже того? В экстренном случае она должна дать телеграмму-«молнию». Но и ее он не получал. «Возможно, так сложились обстоятельства, что нельзя отлучиться, — успокаивал он себя. — Ксения — Марина не из тех людей, которые так просто сходят со сцены. Такие продолжают игру до конца и в конце концов выходят победителями. Ведь у Ксении, как ни говори, за плечами четыре года войны».
В Ужгороде подполковника Чащина предупредили о готовящейся в зоне действия его отдела встрече главарей разрозненных банд бандеровцев. К ним предполагался приезд резидента из руководящего центра организации украинских националистов — ОУН. Надо было уточнить место сборища и принять соответствующие меры. Об этом событии Чащин поставил в известность пока только одного секретаря парторганизации отдела старшего лейтенанта Зуева, который через некоторое время доложил о том, что на графской усадьбе, где сейчас размещены склады ОРСа железнодорожников, отмечено появление посторонних людей. Усадьба находится вдали от жилья в живописной долине закарпатских лесов. Железнодорожники бывают там редко, так что место удобное.
После окончания войны отделом были проведены оперативные меры по созданию надежных заслонов в местах, к которым тяготели подозрительные личности, а также бандеровцы. Графская усадьба была пока белым пятном.
Вместе с Зуевым они долго размышляли над тем, кого направить на усадьбу. Подбор кандидатуры — один из главных моментов в подготовке операции. Работника отдела не пошлешь. Местные жители к ним уже присмотрелись, а этого достаточно, чтобы в корне загубить дело. Нужен был посторонний надежный человек. Но кто? В одну из бессонных ночей Чащин вспомнил о Ксении. Во время войны им пришлось работать вместе. В сорок третьем она засылалась в тыл врага к партизанам. Готовил ее Чащин, тогда еще капитан. Ксения по всем статьям подходила к отведенной ей роли. Она была из Закарпатья. Хорошо владела украинским, венгерским, чешским и немецким языками. Вопросы понимала с полуслова, имела хорошую память, была наблюдательна. Она с успехом прошла соответствующую подготовку. За время совместной работы у них сложились дружеские отношения. О других Чащин и не помышлял, ибо очень любил свою жену. И был страшно удивлен, когда у самолета, на котором Ксению переправляли через линию фронта, девушка позволила излишнюю чувствительность. Капитан крепко пожал ей тогда теплую, чуть дрожащую руку и хотел отойти, но его удержали глаза Ксении. Так она никогда на него не смотрела. Видно было по ним, что она прощалась с ним насовсем. Она как-то беспомощно улыбнулась одними губами, затем решительно шагнула к нему и обняла, крепко поцеловала в губы, быстро повернулась, скрылась в самолете. Чащин долго еще не мог забыть этого поцелуя. Уже самолет взмыл в ночное небо, развернулся над аэродромом, покачал им на прощание крыльями и ушел во мглу, а он все стоял, ощущая прикосновение жарких Ксениных губ…
Встретились они через год. В партизанском отряде Ксения была сильно ранена, и ее вывезли в тыл на самолете. Подлечилась в госпитале и попросилась к ним в часть радисткой. На груди ее сверкала новенькая медаль «За отвагу». С Чащиным она вела себя по-дружески, и о том, что произошло у самолета, ни он, ни она старались не вспоминать. Шел последний год войны. Дел у всех было невпроворот. Они мало встречались. Однажды она поделилась с ним своими планами на будущее.
— Если кончится война и я останусь в живых, — она искоса глянула на Александра Лукича, — то обязательна поступлю в юридический институт.
— А замуж? — почему-то вырвалось у него. Ксения улыбнулась, ответив шуткой на шутку.
— Вы, товарищ майор, — Чащину только что присвоили очередное звание, — вы, товарищ майор, — повторила она и сделала акцент на последнем слове, — женаты! А больше у меня знакомых мужчин нет.
— Да, ситуация, — тогда только и смог ответить ей Чащин.
Прервал их разговор вестовой. Майора вызвали к начальству. Странно, но это была их последняя встреча во время войны. Александр Лукич получил задание и тут же уехал, а когда вернулся, Ксении не было на месте.
