Гибсон издал душераздирающий стон и исчез.
– Про строителя Боба.
– Хорошо. – Джордж вспомнил последний визит Джейкоба. – А папа с тобой?
– Папа Рэй или папа Грэм? – уточнил Джейкоб.
Джордж испытал легкое головокружение.
– А что, и Грэм здесь? – Он уже ничему не удивлялся.
– Нет. И папы Рэя тоже нет. Он ушел… ушел и не вернулся.
– Ясно, – сказал Джордж, хотя ничего не понял. Лучше не спрашивать.
– Что там у тебя?
– Можно я посмотрю про Боба?
– Да, конечно.
Джейкоб со знанием дела извлек «Смертельное оружие», вставил свою кассету и нажал на кнопку перемотки.
Молодежь захватывает мир. Они с младенчества разбираются в технике. Вот так просыпаешься однажды утром и в полной мере осознаешь – детсадовцы понимают в технике лучше тебя, ты по сравнению с ними – пещерный человек.
Промотав рекламу, мальчик нажал «стоп» и залез к Джорджу на кровать. На сей раз от него пахло гораздо приятнее: ванилью и шоколадом. Поняв, что Джейкоб не намерен приставать к нему с разговорами о панических атаках и психологах, Джордж приободрился. Интересно, дети сходят с ума? По-настоящему, не так, как умственно отсталая девочка Хендерсонов? Наверное, им не с чего сходить, пока не дорастут до университета.
– Нажми запуск, – укоризненно посмотрел на него Джейкоб.
Джордж повиновался.
– Прости.
Заиграла веселая музыка. По снежному пейзажу под звездным небом поползли титры. Два пластмассовых оленя ускакали в сосновую рощу, и в кадр въехал игрушечный человечек на моторизованных санях. У саней было лицо.
Джейкоб засунул большой палец правой руки в рот, а левой ухватился за руку Джорджа.
Том, вышеупомянутый игрушечный человечек, вошел в дом на полярной станции и поднял трубку телефона. Экран разделился надвое. Полярнику звонил из Англии его брат, строитель Боб. Во дворе стояли паровой каток, экскаватор и кран, все с человеческими лицами.
Джордж вспомнил Дика Бартона и «Шоу болванов», лорда Снути и медведя Биффо. За прошедшие годы все стало громче, ярче, быстрее и проще. Через пятьдесят лет дети смогут удерживать внимание на каком-либо предмете не дольше воробья, и у них напрочь исчезнет воображение.
Боб танцевал на стройплощадке и пел: «Том приезжает на Рождество, Том приезжает на Рождество!»
«Наверное, я обманываю себя, – подумал Джордж. – Вероятно, старики всегда обманываются, притворяясь, что мир катится под откос. Это легче, чем признать, что ты остался позади. Жизнь уплывает вдаль, а ты сидишь на своем островке, желая ей удачи и понимая в глубине души, что тебе больше нечего ждать, кроме как болезней».
Джордж вновь посмотрел на экран. Если подумать, «Смертельное оружие» тоже достаточно банально. Боб помогал готовить городскую площадь к лазерному шоу Ленни. Джейкоб придвинулся ближе и сжал руку Джорджа.
Пока Боб работал не покладая рук, готовясь к концерту, Том задержался по дороге к паромной переправе, чтобы спасти оленя, застрявшего в расщелине, и опоздал на корабль. Теперь он не мог встретить Рождество с Бобом, который очень расстроился.
Как ни странно, Джордж тоже. Особенно когда в мультике маленький Том получил на Рождество игрушечного слона, сломал его и горько заплакал, а Боб его починил. Чуть позже Ленни (из лазерного шоу) узнал, что случилось, и полетел в своем самолете на Северный полюс, чтобы доставить Тома в Лондон на Рождество, и когда Том с Бобом воссоединились на концерте, по лицу Джорджа потекли слезы.
– Тебе грустно, дедушка? – спросил Джейкоб.
– Да, грустно, – ответил Джордж.
– Потому что ты умираешь?
– Да, поэтому.
Он обнял мальчика и прижал к себе. Через две минуты Джейкоб вырвался из его объятий и возвестил:
– Я хочу какать. – Слез с кровати и ушел.
Кассета закончилась, экран заполнил белый шум.
Кэти выдвинула стул.
– Надо заказать длинный шатер. – Мама надела очки и открыла каталог. – Он поместится. Только колышки придется вбивать по границе цветочного бордюра. Главный стол будет круглый или овальный. Получается двенадцать столов по восемь человек. Всего…
– Девяносто шесть, – подсчитала Кэти.
– Вместе с главным столом. Ты захватила список гостей?
Кэти не захватила.
– Кэти! Я не могу все делать сама!
– Что-то я замоталась в последнее время.
Надо было сказать маме о Рэе. Но Кэти боялась, что та начнет злорадствовать. А когда они стали обсуждать, что подать на десерт – шоколадный мусс или тирамису, – подходящий момент был упущен.
Кэти написала список гостей по памяти. Ничего, если и пропустила какую-нибудь троюродную тетушку Рэя, пусть сам с ней объясняется. При условии, что свадьба состоится, конечно. Ладно, потом с этим разберемся.
– Я ведь говорила тебе, что Джейми может прийти с кем пожелает? – спросила мама.
– Его зовут Тони.
– Прости, я не хотела делать поспешных выводов.
– Они встречаются дольше, чем мы с Рэем.
– И ты с ним знакома?
– Ты имеешь в виду, понравится ли он папе?
– Я имею в виду, приличный ли он человек?
– Я видела его всего раз.
– И как он тебе?
– Ну, если ты ничего не имеешь против кожаных шортов и белого парика…
– Ты меня поддразниваешь.
– Да.
Мама внезапно посерьезнела.
– Я всего лишь хочу, чтобы вы были счастливы. Оба. Ведь вы – мои дети.
