Со времени их последней встречи Джефф прибавил пару килограммов и вновь стал носить очки, в которых походил на мудрую сову из сказки. Кроме того, он поменял работу – вел бухгалтерию какой-то компьютерной фирмы. Они с Эндрю переехали в особняк в Клифтоне и завели хайленд-терьера по кличке Джок, который во время чаепития в саду запрыгнул к Джейми на колени.
Увидев Эндрю, Джейми ужаснулся. Раньше он не замечал разницы в возрасте. Эндрю всегда был подтянутым и худощавым. Сейчас же он выглядел старым. И дело даже не в палке. Сломать щиколотку можно и в восемнадцать. Эндрю двигался по-стариковски, точно боялся упасть.
Они обменялись рукопожатием.
– Извини, что опоздал, – сказал Эндрю, – задержался на очередном глупом заседании. Хорошо выглядишь.
– Спасибо, – только и смог выговорить Джейми, не в силах вернуть комплимент.
Они с Джеффом поехали в деревенский паб на велосипедах, а Эндрю с Джоком – на машине. Джейми с грустью наблюдал, как болезнь Эндрю ограничила жизнь Джеффа. Впрочем, тот не жаловался и делал все, чтобы помочь партнеру. От этого Джейми стало еще тоскливее.
Как такое возможно? Теперь он понял, что имел в виду Тони. Эндрю был славным и не любил пустой болтовни. Если разговор выходил из сферы его интересов, он просто отключался и ждал, когда беседа вернется в привычное русло.
Эндрю откланялся рано, а они с Джеффом засиделись в саду за бутылкой вина. Заговорив о Кэти и Рэе, Джейми попытался объяснить, что именно ему не нравится. Рэй испортит сестре жизнь. Между ними – пропасть. Однако, едва начав говорить, вдруг осознал, насколько это похоже на Джеффа с Эндрю, и постарался сменить тему. Впрочем, Джефф видел его насквозь. Наверное, все разговоры в конце концов сводятся к одному и тому же.
– Нам очень хорошо вместе. Мы любим друг друга, заботимся. Конечно, не так часто занимаемся сексом, как раньше. Вернее, вообще не занимаемся. Прости за откровенность, но существует множество способов решения этой проблемы.
– А Эндрю знает?
– Я всегда буду с ним. Всегда. До последней минуты. Это он знает, – только и сказал Джефф.
Часом позже Джейми лежал на выдвижной кровати, глядя на свернутый в рулон ковер, сломанный тренажер и футляр от виолончели, и чувствовал беспричинную тоску, как всегда в гостиничных номерах или гостевых комнатах друзей: как незначительна человеческая жизнь, если убрать ненужную бутафорию.
Что-то в отношениях этой пары не давало ему покоя, и он не понимал, что именно. То, что Джефф занимается сексом с другими, а Эндрю делает вид, что не знает? Или мысль, что любовник Джеффа стареет у него на глазах? Или то, что он завидует их безусловной любви? А может, тот факт, что эта любовь выглядит столь непривлекательной?
На следующей неделе Джейми три дня проводил собеседования на место нового секретаря и занимался бумажной работой. Ходил на вечеринку по поводу ухода Джонни, смотрел «Игры разума» с Чарли, впервые за два месяца выбрался в бассейн. Ел китайскую еду в ванной под «Обратную сторону Луны». Проглотил за три дня невероятно депрессивную «Прощальную симфонию» Эдмунда Уайта.
Ему нужен был… кто-то. Нет, пока не для секса. Он знал по опыту, что это придет через пару недель. Сначала тебе начинают казаться красавцами даже самые что ни на есть уроды. Потом ты западаешь на гетеросексуалов. И вот тогда уже надо срочно что-то делать, иначе к тому времени, когда решишь переспать со знакомой девчонкой, наживешь кучу неприятностей.
Ему нужен был… Слово «компаньон» вызывало в памяти пожилых драматургов в шелковых смокингах, отдыхающих в итальянских курортных городках с симпатичными секретарями – как Джефф, только более изысканными. Он хотел… такого чувства, когда обнимаешь… или тебя обнимают. Тебе тепло. Ты расслабляешься, как будто держишь на коленях собаку. Ему хотелось настоящей близости. По большому счету все этого хотят.
Джейми чувствовал себя слишком старым для случайных знакомств, а вечера в клубах напоминали ему мальчишники, на которых гормоны текут в другую сторону. С тех пор как мужчины слезли с деревьев, они собираются в стаи, пьют и несут чушь. Убегают от ночных кошмаров, от необходимости быть серьезными и от безделья. Кроме того, Джейми не везло с партнерами. Католический священник Саймон, Гэри со своими нацистскими штучками. О таком надо предупреждать заранее или вообще молчать, а не объявлять за завтраком.
Идя между стеллажами в супермаркете, Джейми бросил в корзину банку сгущенки, однако на кассе опомнился и незаметно отложил в сторону. Вернувшись домой, лежал на диване, бездумно переключая каналы: Великая Китайская стена, парад старинных автомобилей… И вдруг решил позвонить Райану.
В четыре часа следующего дня Кэти допустила ошибку, сказав Джейкобу:
– Собирайся, дружок, через полчаса возвращаемся в Лондон.
– Я тебя ненавижу! – расплакался он.
Кэти стала его урезонивать, однако Джейкоб твердо вознамерился закатить нешуточный скандал. Пришлось закрыть сына в гостиной.
– Выйдешь, когда успокоишься.
Тут вмешалась мама:
– Нельзя так обращаться с ребенком!
